И лично я считаю, что с наследством вы торопитесь, Любовь Дмитриевна вполне может оказаться единственной наследницей.

– Она такая милая, хорошая, все время улыбается, да?

– Приятная девушка, согласен. – Реутов понимает, что сейчас должен сыграть очень осторожно. – А вот ваше нахождение здесь и откровения о возможном наследстве меня настораживают. Вам сейчас нужно покинуть место преступления, но будьте готовы к тому, что вас вызовут для дачи показаний.

– Да? – Рудницкая подняла брови. – Ну, ладно.

Что-то мелькнуло в ее лице, и Реутов отпрянул за секунду до того, как когти метнулись к его лицу, понимая, что сейчас запросто мог оказаться с располосованным лицом и без глаз.

Дама рванула на себе кофточку – затрещала ткань, отлетели какие-то стразы, – и психопатка истошно завизжала:

– Спасиииите!!! Аааааааааа, спасииииитееее!!!!

Метнувшись к двери, она упала, покатилась по полу, с размаху несколько раз ударилась лицом о пол, из разбитого носа и губ потекла кровь, а истеричка растрепала себе волосы и забилась в угол, не прекращая истошно визжать. На лестнице затопали, в квартиру вбежал высокий пожилой мужик, вслед за ним тощая остроносая барышня и спортивного вида парень.

Рудницкая всхлипывала в углу комнаты, размазывая кровь, текущую из разбитого носа.

– Что здесь происходит?!

Пожилой метнулся к всхлипывающей бабенке, а парень, увидев Реутова, притормозил.

– Я уже вызвал полицию. – Он смотрит осуждающе. – Скоро будут.

В коридоре показался наряд – видимо, патрульные были недалеко.

– Танюша, что случилось?

– Он… – Рудницкая ткнула пальцем в Реутова. – Я вошла, а он был тут. Я сказала, что Надя – твоя дочь и я пришла взять ей одежду для похорон, а он набросился на меня.

Патрульные, узнав Реутова, притормозили.

– То есть вы сейчас при свидетелях утверждаете, что полицейский офицер попытался вас изнасиловать? – Патрульный покосился на Реутова, и тот кивнул – продолжай, мол. – И нанес вам телесные повреждения? Вы готовы пройти экспертизу и написать заявление?

– Да. – Рудницкая всхлипнула, прижимая к разбитому носу платок мужа. – Я, конечно, готова. Просто я очень испугалась, он такой огромный, что я против него могу сделать, во мне сорок килограммов веса.

– Конечно. – Патрульный снова покосился на Реутова, и тот кивком подтвердил, мол, давай. – Что ж, проедем в отдел. Граждане, вы свидетели?

– Просто прибежали на крик. – Парень пожал плечами: – А так мы не видели ничего.

Он уже сообразил, что происходит нечто странное, и когда его спутница, уже вдохнув воздуха, попыталась возразить, ощутимо толкнул ее, и та в прямом смысле слова сдулась, озадаченно взглянув на мужа.

– Пройдемте в машину, граждане.