Я услышала достаточно, но Седрика было не остановить. Слова хлынули из юноши сплошным потоком.

– Я никогда не забуду ее взгляда. Она ни разу не вскрикнула от боли. Может быть, у нее не осталось сил. Она просто стояла там. Мне показалось, что она только и ждет, чтобы еще раз увидеть меня, чтобы убедиться, что я никогда не забуду этого момента. Не забуду вину, которую собственноручно положил на свои плечи. Она ждала, чтобы после этого уйти. Жители деревни веселились и ликовали, пока она была жива. Ее бабушка стояла в сторонке и беспрестанно молилась за нее. Я оттолкнул Ноя в сторону, вырвал у одного из мужчин из рук вилы и попытался уничтожить костер.

Все было напрасно. Это было безнадежно. Я кричал, чтобы принесли воды, но мне никто не помог.

Я подошла к окну и встала за спиной Седрика. Его голос оборвался, и я положила руку ему на плечо.

Он не обернулся ко мне.

– Арвин вышла из кареты, – тихо продолжил он. – Ей пришлось протолкнуться через толпу зевак. Увидев Ноя, стоящего у костра с факелом в руке, девушка рухнула в обморок. От шока или нет, я не знаю, но в ту же ночь она потеряла ребенка. Никто не мог найти повитуху, потому что та занималась похоронами своей внучки.

Когда женщина наконец пришла, было уже поздно. Ребенок родился мертвым, Арвин истекла кровью на следующий день. А мы уже были прокляты.

Некоторое время мы оба молчали.

– Но почему именно вас прокляли? – тихо спросила я потом. В его истории по-прежнему не было смысла. Души могли быть прокляты только в том случае, если нарушали правила, установленные колдуньями. Мои руки скользнули по его спине. Как ни ужасна была судьба девушки, для такого проклятия этого было недостаточно.

В противном случае Проклятых было бы в разы больше. Люди неизменно принимали глупые и корыстные решения, но именно на их ошибках и созревала душа. Никто не мог всегда поступать правильно. Только если мы учились на наших ошибках, наши души могли расти. Душа нуждалась в поражениях.

Седрик глубоко втянул в себя воздух и оперся обеими руками на подоконник.

– То, что мы с Ноем сделали с этими двумя девушками, было ужасно, – признался он. – Но наш проступок простирался гораздо дальше.

Он снова умолк. Я терпеливо ждала.

– Твоя бабушка когда-нибудь рассказывала тебе о защитниках?

– Конечно, – отозвалась я.

 – Сегодня уже не принято посвящать простых смертных в тайны Магии Душ, но раньше такое бывало. Защитники принимали на себя обязанность служить Кругу и охранять Просветленных. Мой отец был последним защитником. Насколько я знаю.

– Наш дед тоже был защитником, и перед смертью он передал этот пост Ною и мне, с согласия Селины Монтегю. Ной отнесся к этой задаче скептически, но он был готов исполнить свой долг. Во всяком случае, до того момента.