Роберт обнимал обоих: жену, измученную родами, и только что появившегося на свет малыша. Думал, что их жизнь чем-то напоминает движение самолёта. Руление, разгон, отрыв и полет. Сейчас явно был отрыв и набор высоты. Похожие ощущения.

Беата смотрела на своих мальчиков. Таких разных. Почему-то стало жалко, что маленький не похож на Роберта. То, что муж провел с ней рядом всё время родов, успокаивало. Терпения у Роберта было много.

Её мир снова стал очень маленьким. Сузился до размеров семьи. Хотя они с мужем очень старались не замыкаться.

Сын в документах значился как Михал Филип Тухольский. Роберт перечитывал метрику уже, наверное, в сотый раз. Его фамилия. И имена обоих дедов. Вечный закон продолжения рода. Сын родился четвертого ноября. В подарок папе.

Всё время, свободное от работы, Роберт старался проводить с ребенком. Дать жене отдыхать.

У них было правило, которое многим могло бы показаться странным. Во сколько бы ни был рейс, Беата всегда провожала Роберта до двери. И всегда встречала. Роберт первый месяц жизни сына "кормил" его вместе с женой. Беата давала грудь, Роберт садился у неё за спиной. Обнимал. Вдвоём кормить было не так больно. А чувство, что все они — одно целое давало невероятные силы.

Танцевать они вернулись, едва Михалу исполнилось два месяца. Но ненадолго.

Мария Юлия Тухольская родилась через год и месяц после брата.

Беата совершенно не заметила признаков беременности. Она кормила грудью и совершенно расслабилась. Обнаружив, что у них будет ещё один малыш, испугалась. Сорок три года — не шутка. Разница между детьми маленькая. Не дала впасть в уныние Ирма, у которой было две пары погодков. Беате тут же нашли приятную и толковую няню.

Маленькая девочка-кошка Марийка смотрела на мир папиными янтарными глазами. На голове красовался каштановый чуб, который уже к пяти месяцам оформился во вполне внятную причёску — пальмочку.

Под чутким руководством Володи Орлова Роберт переделал дом. Появились две небольшие детские. Во дворе возникла детская площадка с качалями, горкой и песочницей. А летом ставился бассейн. Дом Зимовских сдали в аренду.

К Рождеству, когда Марийке исполнился год, а Михалу минуло два, в их доме появился ещё один член семьи.

Алекс Красицкий привёз из Люблина запазухой дублёнки щенка золотистого ретривера. — Вот, Тухольские, держите. Третьего ребёнка вам, — грохотал Алекс, выгружая из машины все собачье "приданое". Лежанку, миски, пакеты со щенячьим кормом.

Михал повис на любимом дяде Алексе. Марийка бегала вокруг, периодически падая на попу. — Как назовём? — Беата пристроила на кухне миски. — Вообще-то его уже как-то зовут, — Алекс порылся в бумагах, — Но я это не смогу выговорить, наверное.