Катя должна была испугаться, её должно было скрутить, если не вывернуть наизнанку, а она стояла и смотрела на уставшее лицо Коваля.

– Не дрожи. Сейчас не трону. Иначе точно не сдержусь и порву к чертям собачьим. Ног потом не сведешь. А мне твои ножки нужны… Буду закидывать их себе на плечи. Готовься. Вечером приду. И надень бирюзовое белье, что вчера купила.

Руслан отпустил её лицо, напоследок проведя большим пальцам по её припухшим после сна губам, развернулся и нетрезвой походкой вышел с кухни, оставив Катю одну.

Она кое-как заставила себя отцепиться от стола, засыпать зерна в кофемашину и запустить её.

Девушка смотрела, как темно-коричневая, местами черная жидкость стекает тонкой струей в чашку.

Сегодня…

Что ж, она будет готова.

Коваль к этому времени проспится. Она не сомневалась.

– Ой, ты уже тут? Готовишь кофе? А на меня не будет?

Шаги Юли она тоже не услышала. Катя улыбнулась – пора привыкать.

– Будет.

– Отлично. А то я что-то никак не проснусь. Сяду пока, посижу, хорошо?

– Конечно. Зачем у меня спрашивать?

Юля пожала плечами.

– Не знаю.

Она села за стол и подперла подбородок руками.

Выглядела молодая женщина заспанной.

– Плохо спала?

Вроде бы Катя задала простой, ничего не значащий вопрос, а на лице Юли отразились сомнения. Потом она наигранно громко вздохнула и ответила:

– Катюш, я же из военных бывших… Воевала. Кошмары вот периодически и мучают.

Катя не смогла скрыть своего удивления:

– Воевала?

– Ну да.

– Даже не знаю, что сказать… Я догадывалась, что ты из военных, но тех, что в штабе или в округе.

– Нет, – девушка качнула головой. – Я глаз на войне и потеряла. Сильно меня тогда приложило. Реабилитацию проходила, а что толку.

Кошмары, сволочи, никуда не деваются. Снотворные не помогают. Иногда напилась бы с большой радостью, но Руслан Анатольевич сразу погонит взашей.

Кате подумалось, что себе-то он позволяет расслабиться. Но не ей его судить.

– Прямо так и погонит?

Она разлила кофе, добавив кипятка. Взяла сразу две чашки и пошла к столу.

– Погонит, Катюш. Он давал мне время прийти в себя.

У Кати десятки вопросов роились в голове. Ей вроде бы и хотелось больше узнать про Руслана, и блок у неё стоял, железный такой, прочный. Интуиция нашептывала, что не надо ей лезть туда, куда её не приглашают.

Откат может быть таким, что мало не покажется.

– Слушай, Юль, а конфеты есть? Я очень сладкого хочу.

– Есть. В соседнем шкафчике с кофе.

– Отлично.

– И мне белый шоколад прихвати, пожалуйста.

Катя открыла шкаф и мысленно охнула. Около десяти коробок с конфетами, фирм и названий которых она даже не знала. Снова продукция не для простых смертных, но как же соблазнительно! Катя тоже любила белый шоколад, поэтому они обошлись одной коробкой.