Заканчиваем с этой и беремся за остальных». Они стояли передо мной – равнодушные, сильные, тренированные, и я как-то очень отчетливо поняла, что, несмотря на обретенную сверхскорость, от них троих мне никуда не деться: в какую бы сторону я ни кинулась, кто-нибудь да достанет меня. Ведь они пришли убивать, я в этом больше не сомневалась.

И они прыгнули. Одновременно. Все трое. И не просто так, а в красивом прыжке с ударом ногой (что-то из карате, что ли?). Мастера Шао-Линя рыдали бы от зависти, узрев этот грациозный синхронный полет. Я тоже была готова зарыдать, но, разумеется, по другой причине. Время словно растянулось, остановилось на секунду, а потом я, отчаявшись, махнула левой рукой, проводя плавную дугу слева направо, словно отгоняя от себя это ужасающее и грозное зрелище и пряча лицо, как хотела бы спрятаться вся.

Ха. Вампиры на мгновение зависли в воздухе, словно раздумывая, а потом аккуратными кучками шмякнулись на терраску.

Ха-ха. Что это значит? Три тела лежали передо мной не шевелясь. Я осторожно приблизилась. Что происходит? Я перестала их ощущать. Они мертвы? В смысле мертвы как вампиры? Я задумчиво хмыкнула и слегка поддела ногой голову ближайшего ко мне противника, того, самого первого, высокого и темноволосого. И голова послушно отделилась от тела, явив чистый и ровный срез, такой аккуратный, словно сделанный самым совершенным клинком в мире. О господи! Я нагнулась и зачем-то суетливо попыталась приставить голову обратно к телу. Заодно осмотрела и остальных: их шеи также охватывала тонкая, едва заметная отметина. Хорошо хоть кровищи не натекло – это ж вампиры. О господи! О господи!

Левая рука полыхала жаром и мелко тряслась. Я с опаской на нее посмотрела. Это что же? Это я их так?! Я торопливо огляделась в поисках случайного спасителя. Но такового не обнаружила, зато почувствовала, что там, в аллее, есть еще вампиры, и не один-два, а с десяток, и они наблюдают за мной.

Челюсти мои упрямо сжались. Ах так? Все никак не успокоитесь? Что ж. Три тела лежали у моих ног, но я, задвинув подальше истерику, думала лишь о том, что я их не убила. Не убила как вампиров. Что через какое-то время они восстанут, а я вряд ли смогу повторить этот трюк с отрубанием голов. «Убить, убить побыстрее, – настойчиво шептал инстинкт самосохранения. – Это отобьет охоту лезть к нам у тех, что выжидают в аллее». Но как? Я лихорадочно соображала. Надо их сжечь. Так говорится во всех пособиях. Ну, сжечь так сжечь. Но не успела я подумать, каким образом это сделать, как моя левая рука, словно дождавшись наконец от меня этого решения, вскинулась сама собой, ударила светом, и вампиры вспыхнули синим пламенем. Ну, не совсем синим, скорее голубым, но тоже получилось эффектно.