Может, я как крестьянин покажу тебе что-то виртуозное…

Не успела я опомниться, как мы очутились в прибрежных кустах. Он положил меня на траву, и мы нетерпеливо стали срывать одежду друг с друга. Страсть ослепляла нас, я вся пылала, словно в огне. Я закрыла глаза и слегка вскрикнула, когда он вошел в меня. Мы слились с ним в одно целое, наше дыхание переплелось, а время остановилось. Мир словно взорвался и осыпался мириадами солнечных осколков. Тяжело дыша, мы отвалились друг от друга.

– Ну как, от меня соляркой не пахло? – спросил Павел, лежа на спине и широко раскинув руки.

– Нет. Божественный запах. Волшебный, – улыбнулась я и сорванной травинкой пощекотала ему нос.

Павел засмеялся и снова схватил меня в объятия.

– Да ты неугомонный, – заметила я, после того как мое сердце стало биться ровно.

– Послушай, а с тобой клёво.

– Вот уж не думала, не гадала, что с крестьяином, оказывается, тоже может быть классно.

– А я не обижаюсь на крестьянина, – улыбнулся Павел и принялся одеваться. – Так что знай, этот крестьянин теперь всегда в твоём распоряжении.

– Говорят, ты здесь только три года как поселился? А раньше где жил? – спросила я, когда мы подходили к околице.

– В городе работал. Не сложилось как-то. Всё бросил, уехал в деревню.

– Чудак-человек. Все в город бегут. Ты же не просто уехал в ближнее село, а в жуткую глухомань.

– Так сложились обстоятельства. Если честно, мне здесь нравится. Тишь да благодать. А ты сама почему у Антонины поселилась? Тоже, наверное, в городе жила?

– Так сложились обстоятельства, – усмехнулась я.

Если бы он знал, в каких городах и странах я жила, то, думаю, страшно бы удивился. Я ведь где только не была… Павел небось и названий таких не знает.

Мне почему-то вспомнился Сидней – крупнейший город Австралии, место моего последнего проживания. Этот старейший австралийский город был основан в 1788 году. Город был назван колонистами в честь лорда Сиднея – бывшего на тот момент министра колоний Великобритании. Он знаменит своим Оперным театром – самым узнаваемым зданием в мире, мостом Харбор-Бридж – одним из самых больших арочных мостов из существующих и из-за своей примечательной формы шуточно прозванным «Вешалкой», а также великолепными пляжами.

Пляжи Сиднея заслуживают отдельного внимания. Береговая линия изобилует многочисленными заливами, бухточками, островами и пляжами – и это просто божественно. Несмотря на то что над Австралией находится огромная озоновая дыра и солнце вроде как очень-очень вредное, местные жители совершенно бесстрашно загорают на пляже целыми днями. Ну и туристы от них не отстают, благо размеры пляжа позволяют расположиться всем желающим. Я полюбила валяться на золотом песке роскошного пляжа Бонди прямо в черте города.