Чего не скажешь об инквизиторе. Нет бы шепнуть словечко. Подсказать простой смертной.

«Это не принято, – перебивает меня кот. А я, словно завороженная, смотрю, как мой муж, улыбаясь чудовищу, засовывает ладонь ему в пасть.

Фас!

Усилием воли останавливаю себя от глупой выходки. И как только огромная башка склоняется ко мне, стараюсь унять дрожь и вложить руку в полураскрытую хлеборезку.

Пальцы тут же становятся мокрыми. А ладонь интуитивно шлепается на драконий язык и слегка давит вниз.

– Лис, достаточно. Ротум принял тебя, – шепчет муж, доставая мою ладошку. Мы соединяем мокрые пальцы. Поднимаем вверх руки. И тут же вся махина приходит в движение.

Сзади нас с негромким рыком опускается вниз драконья башка. Встают на место буквы. Исчезает мостик, по которому мы шли к дракону. И мы с Лиамом оказываемся снова посреди зала. Стоим в обнимку, будто глупые пингвины. Не двигаемся с места. Зато нам навстречу тяжелой походкой бредет сам император. А за ним семенят какие-то люди, наверное, придворные…

Поздравляют, хлопая Лиама по плечу. Отпускают какие-то пошлые шуточки по поводу первой брачной ночи и полностью игнорируют меня. Словно сожалеют, что я не навернулась в колодец.

– Нам пора, – останавливает придворных Лиам и, все так же обнимая меня за плечи, ведет к выходу. А я пытаюсь оглянуться. Высматриваю своего кота, но его как ветром сдуло.

– По-адождиии,– тяну, хватаясь за руку мужа. С трудом выговариваю каждое слово. – Мо-о-ой ко-о-т… Аскольд… Фамиляр…

– О великий Ротум, она заговорила! – кричит на весь зал инквизитор. Воздевает руки к небу. – Сбылось еще одно великое предсказание.

Вокруг радостно галдят люди, даже сам император изображает на лице улыбочку.

Хэппи энд, да и только!

Но кота моего нигде нет.

– Аскольд! – кричу в панике.

– Погоди, Лис, – строго останавливает меня Лиам. Пристально смотрит на императора и просит требовательно.

– Отдай ей кота, дедушка!

«Аскольдик мой дорогой, – улыбаюсь как дурочка и во все глаза смотрю на своего любимого кота.

Кот со мной, и это главное!

Как говорил мой дед, «Коль одолела суета, забей на все! Погладь кота!»."