У приезжего папаши приключился обморок, и я позвонил вам и в «скорую». Она приехала раньше и забрала мужчину в больницу. Вот, собственно, и все.

– Папаша что-нибудь успел полапать?

– Нет, он со словом «сыночек» завалился прямо у порога, как только увидел… Голова парня запачкала кровью, подушку, и зрелище для отца оказалось невыносимым.

– Откуда приехал папаша?

– Евгений Леонидович Вольнович приехал из Питера. Документы у него в полном порядке. Квартира принадлежит его сыну Вольновичу Геннадию Евгеньевичу.

– Где нашел понятых?

– В дневное время, да еще в будний день большинство жильцов отсутствовало, и лишь в одной из четырех квартир на лестничной площадке Вольновича отыскалась пожилая женщина.

Она домашняя работница хозяев семидесятой квартиры. Второго жильца отловил в подъезде. Гражданин с палочкой направлялся в магазин, и я его перехватил.

– Спасибо, старший лейтенант.

– Не за что. Служба."

"Тимофей кивнул и отправился в подъезд. Эксперты уже разложили свои причиндалы и приступили к работе. Понятые с окаменевшими лицами сидели на кухонных табуретках посередине гостиной и старались не смотреть в сторону тахты.

Молодой человек, с красивыми, но немного мелкими чертами женственного лица, вытянулся на постели, неестественно откинув голову на залитую кровью подушку. Мебель комнаты, кроме тахты, составляли три надувных кресла и огромный телевизор с видеоприставкой. На ковре валялось множество коробок с видеокассетами. На одном из кресел Волков отметил маленькую видеокамеру. Рядом на полу – еще одну, побольше. Похоже, парень фанатик этого дела, сделал вывод майор и ужаснулся количеству видеоматериала, который придется отсмотреть.

– Оружием желаете полюбоваться? – Криминалист Медведенко протянул Волкову целлофановый пакет с маленьким иностранным пистолетом.

– Самоубийство? – спросил майор, разглядывая пистолет через целлофан.

– Не исключено. Но мне кажется, ему помогли. Проверим «пальчики», послушаем баллистов, тогда и определим.

– Во всяком случае, смерть наступила всего часа четыре-пять назад, – заметил медэксперт Сухоруков. – Точнее скажу после вскрытия, но думаю, что так и окажется. Затвердение тканей еще не наступило, хотя труп успел остыть.

– Вот еще любопытный фактик. – Эксперт держал пинцетом телеграфный бланк. – Хотите, зачитаю?

– Валяй, – разрешил майор.

– «Не вздумай решать вопрос самостоятельно. Точка. Дело слишком деликатное и непредсказуемое. Точка. Выезжаю Красной Стрелой. Точка». Подпись отсутствует.

– Занятная телеграммка. Когда получена?

– Вчера в восемь пятьдесят отправлена с Центрального телеграфа Санкт-Петербурга. В двадцать один десять вручена адресату в Москве. Мы телеграммку обработаем, потом она ваша.