Но конгрессмен тут же потребовал представителя американского посольства. Хорошо, что квартира Сенаторши находилась рядом. Сотрудник консульской службы в сопровождении переводчика прибыл через двадцать минут. При обыске конгрессмен запретил открывать свой чемодан. Ерожин с трудом добился своего. Подполковнику пришлось три раза объяснять представителю консульской службы и самому конгрессмену, что лично американца ни в чем не подозревают. Ерожин не из ФСБ, а из милиции, и иностранные граждане в его компетенцию не входят. Русская приятельница Микоэла могла подложить в чемодан друга одну из улик. Поэтому чемодан необходимо просмотреть. Конгрессмен не смог скрыть удивления, когда в его вещах обнаружили кассету. Женатому политику огласка его московских похождений не сулила ничего хорошего. После странной находки он больше не выступал и при первой возможности поспешил удалиться.

Ерожин зевнул, встал из-за стола, потянулся и направился в туалет. Выбросив окурок, умылся холодной водой и посмотрел на себя в зеркало. Видок, как у алкаша после длительного загула, – оценил он свою внешность и побрел к экспертам.

– Медведенко, с меня бутылка коньяка. Хорошего коньяка. Сегодня получишь, – пообещал подполковник с порога.

– Очень много работы. Одних «пальчиков» на неделю. О сегодня не может быть и речи.

– Паричок, очочки, перчаточки и кассетка. Только эти вещи. Будь человеком.

– Подкуп должностного лица на рабочем месте, – усмехнулся эксперт. – Ладно, попробую. За взятку чего не сделаешь. Тащи коньяк.

– Так рано?

– У меня уже кое-что есть. Женские волосы, обнаруженные на постелях Хлебниковой и Вольновича, идентичны."

"– Володя, ты – Бог! Еще раз тебе это говорю. Бегу за коньяком.

Ерожин вернулся к себе в кабинет и послал за презентом Вязова:

– Возьми бутылку для Медведенко и парочку для нас. Чую, будет повод.

– Вы уже получили зарплату? – удивился капитан, наблюдая, как шеф извлекает из бумажника несколько крупных купюр. – Обычно выдают после обеда.

– Ах, да, зарплата… Спасибо, что напомнил. Нет, Дима, это из старых запасов. За одно и получку обмоем…

– За одно с чем? У вас, случайно, не рождение?

– Это пока секрет, капитан. Чеши в магазин. И закусить прихвати.

– На сколько человек?

– На весь отдел. Сам посчитаешь.

Спровадив Вязова, подполковник достал лист бумаги и принялся чертить схему двойного убийства. Ерожин не сомневался, что Хлебникова вышла через квартиру Сосновской, на лестничной площадке напялила парик с очками, поехала к Вольновичу, провела с ним ночь, что подтверждали ее волосы в постели убитого, под утро пристрелила парня и вернулась в своем обличии.