В голове крутились слова, брошенные Таней на дискотеке: «Поверь, он от тебя теперь так просто не отвяжется…» Как бы намекнуть Соловью, что я больше не хочу продолжать с ним общение?

Я захлопнула книгу и спрыгнула с подоконника:

– Пап, я сегодня ненадолго.

– Ага, – задумчиво отозвался отец.

Я решительно вышла из дома, громко хлопнув дверью. Но чем ближе подходила к парню, поджидавшему меня, тем быстрее таяла моя уверенность. Обычно Артур стоял, небрежно облокотившись об забор. Сейчас же он казался каким-то потерянным, сутулым. Стоял словно… побитый?

– Прости за опоздание.

Не хотел сегодня вообще к тебе заходить, – хрипло сказал он. – В таком состоянии. Но как бы не было потом между нами всяких недомолвок и недоразумений…

Я распахнула калитку, внимательно вглядываясь в сумерках в лицо парня.

– Артур, что случилось? Кто это тебя… так?

У Соловья была разбита губа, под глазом красовался огромный фингал.

– А главное, за что? – непроизвольно вырвалось у меня.

Артур покосился на дом Филатовых. Я поймала его взгляд и оглянулась. На соседнем участке никого не было. Что это значит?

– Мне не хотелось бы разговаривать здесь, – негромко произнес Соловей.

– Что ж, давай отойдем, – согласилась я, выходя за калитку.

Мы прошли по узкой тропинке в сторону леса. Артур шагал быстро, я едва за ним поспевала. Запомнить бы дорогу от дачи…

– Только ты обещай, что будешь верить мне, – внезапно произнес Артур, не оборачиваясь.

Я нахмурилась. К чему он клонит?

– Давай рассказывай, что у тебя произошло? – поторопила я.

– Да если б не ты, то ничего бы у меня не произошло, – горько усмехнулся Артур. – Только без обид, Саш!

– Чего-о? – опешила я, обгоняя парня.

 – Ты о чем вообще?

– Ты бы разобралась со своими женихами, – проворчал Соловей, дотрагиваясь до разбитой губы.

– Так это Игорь сделал? – ахнула я.

– Понятия не имею, как его зовут, – поморщился Артур. – И, если честно, знать не желаю. Этот му… чувак был с тобой на танцах. Налетел на меня ни за что ни про что. Причем со спины. Когда я этого не ожидал. Поступил как последний трус…

У меня аж все внутри похолодело. Я виделась с Игорем утром. И мы даже сносно с ним пообщались. Неужели Филатов возомнил теперь, что ему все дозволено?

Мы наконец остановились.

Я осторожно дотронулась до царапины на скуле Артура.

– Очень больно? – с сочувствием в голосе спросила я.

В ответ Соловей только поморщился.

– Ничего, я поговорю с ним! – сердито произнесла я, имея в виду Игоря.

– Перестань. Не поможет, – обреченно покачал головой Артур. – Я бы предпочел, чтобы ты, наоборот, прекратила общаться с этим отбросом. С сегодняшнего вечера. Обещаешь мне?

– Не думаю, что я могу тебе это обещать, – наконец сказала я.

Я видела, как лицо Соловья перекосилось от злости.