— В любое время я и мои женщины будем рады тебя видеть. Звони, пиши. Номер ведь не выкинула?

Телефон Войтюка у меня есть, но звонить я ему не решалась. Тогда казалось, что с моим уходом от Голдобина должны оборваться и старые связи.

— Когда в следующий раз буду в Москве, обязательно заеду, — искренне обещаю я. — Жене и Лизе привет.

Голдобину успел кто-то позвонить, и кроме Матвея, мне больше не с кем прощаться. Кажется, прибыло их с Верой такси, судя по тому, что она сверяется с номерами.

— Рада была повидаться, — говорю я, встречаясь с ним глазами. — Как-нибудь ещё увидимся.

И надеюсь, когда это произойдёт, мне не будет настолько больно.

— Как ты до дома доберёшься? — Нахмурившись, Матвей оглядывается по сторонам. Ищет моё такси.

— Вызову машину чуть попозже. Хочу немного прогуляться.

Вера встаёт рядом с ним и, повернувшись, радужно мне улыбается:

— Всего вам доброго, Стелла! Приятно было познакомиться.

Лицо Матвея становится напряжённым. Он будто не знает, как поступить. В груди дёргает, крутит. Он не может так. Манеры подсказывают ему, что меня нужно проводить.

— Всё в порядке, — как можно расслабленнее улыбаюсь я. — Поезжайте.

Матвей продолжает стоять на месте. На лице Веры мелькают недоумение и растерянность. Она переводит взгляд с него на меня, непонимающе моргает.

— Ну и где ты тут гулять собралась? — подаёт голос Голдобин, закончивший телефонный разговор. — Небезопасно. Пойдём, довезу тебя. Вместе прогуляемся.

Невидимая нить, неожиданно натянувшаяся между мной и Матвеем, исчезает. Всё правильно. Голдобин молодец, что предложил. Ни к чему добавлять себе мучений.

А у эмоций, оказывается, совсем нет возраста. Когда они тебя забирают, становится плевать на всё. Правда, потом на помощь приходят мозги, и всё встаёт на свои места. Но на мгновение мне очень хотелось… Так сильно хотелось чуда.

Оторвав взгляд от застывшего лица Матвея, я поворачиваюсь к Голдобину:

— Спасибо, Сергей Витальевич. — И шутливо уточняю: — Спорить, так понимаю, бесполезно?

— Бесполезно конечно, — в тон мне отвечает он. — Садись в машину давай.

Я иду к БМВ, обняв себя за плечи. Кашемировый свитер не спасает: тело колотит озноб. Перед тем как опуститься в салон, я не выдерживаю — оборачиваюсь. Матвей помогает Вере садиться в такси, придерживая дверь. Может быть, они живут вместе. Почему нет? В их возрасте это нормально.

Словно почувствовав мой взгляд, Матвей тоже оборачивается. Я не собираюсь прятать глаза. Не сейчас. Перед лицом финального расставания любая фальшь ощущается лишней.

«Пока», — выговариваю беззвучно и делаю самое сложное: улыбаюсь ему глазами, вкладывая в них всю свою искренность. Пусть у тебя всё будет хорошо.