И это сводило меня с ума.

— Мне понравилась твоя маленькая хитрость, Ниара, — мягко проговорил он, и на его губах промелькнула та хищная улыбка, от которой у меня всегда подкашивались ноги. — И я тоже хочу сделать тебе… ответное одолжение.

От этой фразы у меня по телу прошла горячая судорога, свившаяся кольцом между бедер. Я сжала колени, почти готовая собственноручно ублажить себя прямо на коленях перед графом.

— Ты ведь хочешь этого, правда? — протянул он хищно-мурлыкающим голосом, очертив пальцем линию на моей шее, коснувшись ключицы. Еле уловимо и от этого еще чувствительнее.

— Хочу, — выдохнула я в ответ, прикрывая глаза от удовольствия.

— Скажи, — потребовал он, ухватив меня за подбородок и приподняв лицо, заставив посмотреть себе в глаза. — Я выполню одно твое желание. Скажи, чего ты хочешь?

Я замерла, забыв, как дышать. Его черные глаза глядели на меня как два горящих кристалла тьмы, утягивая в свою глубину, порабощая.

Я была его. С ног до головы.

Но в этот момент я ответила совсем не то, что он ожидал:

— Хочу знать, зачем вам драугры.

Кажется, Кайл готов был услышать все, что угодно, но не это.

Однако и он повел себя не так, как я рассчитывала. Не было вспышки ярости и раздражения оттого, что я раскрыла его тайну. Он не злился на то, что я проникла не только в его тайную Рубиновую комнату, но и в подвал под ней. Он просто смотрел на меня долгим, пронзительным взглядом и молчал. А у меня внутри все замирало.

И тогда, когда я уже готова была забрать свои слова обратно, покаяться, извиниться и разве что не упасть ему в ноги, вымаливая прощение за своевольное любопытство, он вдруг заставил меня подняться с колен и повернуться спиной, а затем молча усадил на себя.

Впрочем, в следующий миг он уже раздвинул мои ноги и скользнул одной рукой под задравшийся подол. Другой он легонько сжал мой сосок сквозь ткань, заставив меня судорожно всхлипнуть.

— Ну и как тебе моя Рубиновая комната? — мягко спросил он, заставляя положить голову к себе на плечо.

Не успела я ответить, как он коснулся моих трусиков и с резкой бесцеремонностью содрал их, отбросив куда-то в сторону.

— Хо-хорошо, — ответила я сдавленно, когда его пальцы невесомо прошлись между влажными складочками, дразня до боли ноющую вершинку.

Я так хотела его, ужасно хотела после всего, что вытворяла буквально пару минут назад.

— Тебе понравились картины? — продолжал он, снова сжав мой сосок и одновременно вновь скользнув по самой чувствительной точке внизу.

Кайл действовал осторожно. Как будто знал, что я уже настолько перевозбуждена, что мне достаточно нескольких движений, чтобы разлететься на осколки. И вместо того, чтобы дать их мне, он коротко дотрагивался до меня, тут же лишая продолжения.