Баба Нюра, чья смена сегодня была, сообщила, что определённого жильца в данный момент дома нет, что позволило мне с радостью смотаться к себе за вещами. Эту милую старушку в нашем доме любили так же сильно, как опасались Полкана и её поучений. Они с бабой Нюрой были полными противоположностями, но как ни странно между собой старушки-консьержки прекрасно ладили. Славе я позвонил вечером, и он заверил меня, что извинения приняты и ласково так спросил, когда же беглец вернётся в родные пенаты. Слишком я бы сказал ласково, потому пришлось заверить его, что раньше чем через неделю никак не смогу. Зато благодаря моей шалости и побегу с места преступления мы поняли, что в долгих телефонных разговорах есть своя прелесть. Лорка только тихо посмеивалась, когда я, удобно устроившись на диване и гладя вздремнувшую Люську по голове, всё время о чём-то болтал по телефону.

Лорка снова убеждала меня, как же хорошо у них в фирме всё поставлено. И зарплаты высокие, и отношение к сотрудникам отличное, а шеф так вообще прелесть. Рос ван дер Линден был овеян прямо-таки романтичным ореолом. У них в компании была практика каждый квартал отправлять талантливых и перспективных сотрудников на стажировку в Амстердам, где находился главный офис. Этого Роса уважали за профессионализм, отсутствие снобизма по отношению к коллективу и понимание нужд этого самого коллектива. В общем, не шеф, а чуть ли не отец родной. И потому каждый сотрудник и каждая сотрудница, кому посчастливилось побывать в Амстердаме, стремился привезти немного сведений о нём. Оказывается, Лоркин шеф был не просто довольно состоятельным молодым мужчиной, но ещё и геем, к тому же вдовцом. Его мужем был один из акционеров компании. После его смерти Рос решил вернуться в Россию, откуда был родом и возглавить здешнее отделение. У меня сложилось странное впечатление, что Лорка расхваливает мне его, как хозяин породистого скакуна на ярмарке. Зачем мне этот русский голландец, пусть и состоятельный, если у меня есть Славка? Рос у нас собственный имеется. Я даже невесту этому прохвосту уже нашёл.

В пятницу, отработав последний день в своей старой конторе, я, наконец-то, вернулся домой. Славка уже остыл и перипетии своей фотосессии вспоминает теперь со смехом. Ну, пришлось пережить приступ истерического хохота фотографа, потом пришлось изощряться, чтобы скрыть мои художества. Зато на фото они едва выглядывают из почти расстёгнутой рубашки, выдавая себя за таинственную мужественную татуировку. Я вошёл в квартиру, сбросил сумку в прихожей и проследил взглядом, как Люська метеором пронеслась мимо меня. Глубоко вздохнул, наслаждаясь домашними привычными запахами и… Не понял! Почему пахнет свежим ремонтом? И тут моя Люська подала голос из гостиной.