Последний в итоге не выдержал, схватил парня за шиворот, а тот впал в бешенство и стал мутузить ни в чем не повинного «макаронника». Закричал охранник, пролаяла очередь, и драчуны распались. Товарищи оттащили Алексея, и тип со шрамом влепил ему затрещину.

Через день на карьере тот случайно перевернул тележку с гравием. Тяжелая конструкция вырвалась из рук, проехала несколько метров и опрокинулась. Никто не пострадал, люди успели разбежаться. Снова заорал охранник, погрозил автоматом. На Алексея было страшно смотреть. Он, стиснув кулаки, смотрел на солдата исподлобья, жутко.

Тот злобно проорал: «Не смотри, работай!» Казалось, Алексей сейчас бросится на конвоира, будет рвать его зубами. Возможно, этим бы и кончилось, но подбежал другой узник и оттащил неразумного товарища. Тот брыкался, обливался пеной. Все понимали, что когда-нибудь это кончится плохо. Если ищешь смерть, то обязательно ее находишь.

Кормили в тот вечер отвратительно. Свежей еды не приготовили, вывалили остатки вчерашней каши. Вкус у этой бурды был отвратительный, а запах стоял такой, что люди зажимали носы.

«Падлы, червями нас кормят! – вскипел Алексей, схватил свою миску и бросился к выходу из барака. – Сейчас дождутся, черти, я им эту гадость на голову надену!» Товарищи не успели среагировать. Павел оказался ближе всех, поднялся, преградил дорогу и выбил миску у него из рук. А когда тот взревел благим матом и кинулся в драку с воплем «А ты кто такой? Пособник этой мрази?!», заломил ему руку, заставил согнуться и так держал, приглушенно приговаривая:

– Спокойно, парень, спокойно, ты чего такой буйный?

Эффект оказался хлеще разрыва мины.

Услышав родную речь, Алексей взбеленился. Он оказался сильнее, чем предполагалось, резко вырвался, ударил майора локтем в скулу. Павел опешил.

– Сука! – взревел Алексей. – Так ты русский! Там наши на фронтах умирают, а ты тут отсиживаешься!

Слова короткой тирады перемежались отборной матерщиной. С ревом пикирующего бомбардировщика Алексей налетел на майора и толкнул его. Поскользнувшись на разлитой каше, Павел упал и ударился затылком. Меньше всего хотелось применять силу к этому идиоту.

С криками прибежали охранники, здоровенный детина в косо сидящем шлеме полоснул из автомата. Алексей качнулся, лицо его стало растерянным, беззащитным, детским… И рухнул замертво.

Павел обомлел. Он знал, что это случится, но чтобы вот так… Барак затих. Охранники набросились на узников, отвесили несколько ударов прикладами. Потом приказали унести мертвеца. Несчастного за ноги вытащили на улицу. Большинство присутствующих ничего не поняли, русская речь была им так же близка, как китайская.