Обеспечить питанием выживших. Собрать все оружие с места битвы.

И самое страшное. Оказать последние почести павшим. И если с орденцами разобрались, пока я носилась, как попрыгушка — стрекозёл, между главной лекарской палаткой, опустошая свой хран, щедро делясь запасами трав, зелий и подпитывающими амулетами и жилым лагерем, опасаясь, что у меня будет новая вспышка ярости. То вот тех, кто погиб, будучи верен союзному долгу, я считала обязанной себя проводить с почестями.

Пока похоронные команды, под начавшимся моросящим дождём собирали тела, я стояла у входа в ту самую долину.

— Что тебя гложет? — Рядом раздался усталый голос Хранителя, что несколько часов пытался достучаться до моего разума и убедить, что стоит отказаться от безумной затеи вернуть маму.

— Мысли. Через сколько столетий все забудут, что здесь произошло и почему? Забудут, как все вместе защищали свой дом от лютого врага. — Сколько таких примеров было в истории моего мира.

— Хочу наполнить это место памятью, чтобы каждый, кто сюда приходил, вспоминал о сегодняшнем дне. — Неясные образы в голове обретали все более четкие черты. — Я хочу, чтобы здесь был мемориал.

— Что? — Хранитель искренне не понял о чём это я.

— Место, куда каждый может прийти, вспомнить и почтить память павших.

— Ааа… Ты хочешь воздвигнуть престол богов. — Кельт ненадолго задумался. — Достойная идея и высокая честь для воинов.

— Престол… Что? — теперь не понимала я.

— Место, посвященное определенному богу-покровителю, его символ. Если прах покоится в таком месте, то в час великой нужды, воины могут быть призваны для защиты. Говорят, такие места до сих пользуются особым покровительством богов.

— Да. Поможешь? — Одна я не справилась при всем бы желании.

— Как только все подготовят, и живые покинут долину.

Через несколько часов, я стояла ровно посередине прохода, образованного двумя горными уступами. Сразу за моей спиной, положив когтистые лапы мне на плечи, стоял Кельт. Мне так проще было открыть свое сознание для Хранителя, а ему направлять потоки силы, меняя подвластные ему земли.

Я знала, что за моей спиной застыли собравшиеся воины, совсем недалеко, те, кто давно стали родными и близкими. Но я, даже чувствуя все эти взгляды, не оборачиваюсь. У меня сейчас иная цель.

От замершей меня в сторону уступов стремится бело-синее облако. Резкий, неприятный, просто режущий слух звук заполнил обе долины. Облако силы разделилось у самого входа в долину и двинулось вдоль отвесных склонов, соединившись на противоположной от входа стороне.

Воздух наполнился каменной пылью, зависшей словно туман, закрывающий все происходящее. Рядом встал Сид, запуская свои вихри и разгоняя этот пыльный туман, и открывая нашим взглядам происходящее.