Госпитальное время тянулось медленно, Саша и Таня коротали его в беседах на разные девичьи темы.

Особенно со смехом вспоминали, как Танька, зараза, в тот вечер хотела вскружить голову «лучшему парню» из деревни Большая Драгунская. А Санька стоически держала оборону, краснея от одной мысли, что Таня чисто по-женски почувствует, что Саша Деревянко вовсе не лихой парнишка, а девушка… Нет, не догадалась и не раскрыла она эту страшную тайну.

А еще неделю спустя, когда холодный осенний ветер срывал уже последние листочки с березок за госпитальным окном и так же стыло и печально было на душе, Саше все чаще стали приходить унылые и безнадежные мысли. Куда направят ее после выписки из госпиталя? Стучать телеграфным ключом на узле связи? В тыловую службу? В медсанбат?… Уж лучше боевому механику-водителю санинструктором на передовую…

Тут в палату ворвалась Татьяна (она уже была в категории выздоравливающих), которая, как сорока на хвосте, первая приносила госпитальные новости, и радостно выпалила:

– Санька, к тебе гости!

– Кто? – спросила Саша, потуже затянув поясок на халате, мельком глянув в маленькое зеркальце (недавнее приобретение) и причесав наскоро расческой (второе приобретение) уже отросшие вихры.

В палату, слегка раскачиваясь, как все массивные люди, вошел сам командир бригады полковник Чугун. За ним с сияющими лицами – экипаж: Иван Родин, Кирилл Сидорский и Руслан Баграев.

Саня ойкнула от неожиданности и восторга, поднялась, шагнула навстречу, слегка пошатнулась и тут же попала в мощные объятия Василия Ивановича и всех поочередно ребят. Что было – счастье, радость, крики и веселье! Для танкистов это было сравнимо с чувством, когда на боевых машинах, сметя вражескую оборону, ты вырываешься на оперативный простор.

Тут Саня заметила, что у Кира и Руслика на груди ордена Красной Звезды, а у Ивана – орден Красного Знамени.

– Ой, поздравляю, ребята, с орденами! С вас причитается.

Сидорский положил рядом с койкой плотно набитый вещмешок и хитро подмигнул.

– Это, Саня, тебе доппаек от нас, понимаешь, для общего укрепления организма.

А Родин протянул фото, где они втроем были сняты на фоне «Королевского тигра», того самого, с дырой в борту.

– Ну, ты садись, – сказал Чугун и сам уселся на свободную койку рядом. – Рассказывай, Жанна д’Арк, как ты ловко обманула целую танковую бригаду.

– Лучше уж Надежда Дурова! – тактично поправила Саша.

И она в очередной раз, а для комбрига впервые, поведала свою историю, подобных которой на территории страны были сотни.

4 августа в их деревню Большая Драгунская ворвались фашистские танки и стали расстреливать дома из пушек. Загорелась их изба, и они втроем, с бабушкой и братиком Колей, выбежали во двор.