Мало ли что сотворит, ещё беременная, да и одну с ребёнком тоже не бросишь.

К родителям Андрюхи она не пойдёт, к своим тем более. Предложил пожить у меня, пока не родит и ещё какое-то время. Согласилась. И она, и родственники. Как выписали, так к себе перевёз.

Тяжко было. Её кормить и поить приходилось. Уговаривать жить ради сына. Напоминать, что они сами с Андрюхой меня просили крёстным стать их мальчику.

А потом как-то пришёл с работы, а она меня встречает, ужином накормила и говорит:

— Ты не бойся за меня, Митя. Я не умру, Андрей не хотел моей смерти. Ты прости меня, что я его любила, тебя тоже, но не так, как его. Простишь?

Ничего ей не ответил, ужин похвалил.

Так и жили — вместе и врозь. Она за хозяйство взялась. Готовила, прибиралась. Я работал. Потом Пашка родился.

Странное ощущение — живой, крикливый, тёплый.

Маша уставала, не высыпалась, я помогал. Андрюхины родители сначала приходили, потом перестали. Матери его тяжело было на внука смотреть, когда сына больше нет.

Так ещё месяца три прошло.

Из командировки вернулся злой и уставший.

Летал на место падения самолёта Ан-28, принадлежащего авиакомпании East Wing, который упал в двадцати восьми километрах от Алматы. На борту воздушного судна находилось пять человек: три члена экипажа и два медицинских работника.

Судно выполняло рейс по маршруту Алматы-Шымкент-Алматы. Борт исчез с радаров спустя двенадцать минут после взлета и упал в селе Междуречинск на территорию крестьянского хозяйства. Пилотам удалось увести самолет от построек, но всё же машина задела линии электропередач.

Женщина, к которой направлялись врачи, и её нерождённый ребёнок — погибли.

Долго не мог прийти в себя после этой трагедии. Держал на руках маленького Пашку, играл с ним и обещал всегда быть рядом, беречь и защищать. Вот тогда я обратился к нему впервые «сынок». Потому как действительно почувствовал его своим сыном.

Марии о трагедии рассказал, статью забабахал.

Спать лёг поздно, но не спалось. Слышал, как Маша к Павлику вставала, как покормила, как песню ему мурлыкала.

Потом пришла, легла рядом со мной, ночнушку скинула, обняла, прижалась телом и целовать стала, ласкать…

А уже после всего, что между нами случилось, прошептала:

— Я люблю тебя, Митя.

========== Часть 4 ==========

— Надя, значит, система такая. Мы прилетаем домой, и я передаю тебя другому наставнику. Понятно?

— За что, Дмитрий Иванович?

— Что значит «за что»? У меня дела, работа. Отпуск возьму и займусь семьёй.

— Так отпуск или работа? И мне сказали, что вы не женаты.

— Женат! И кому лучше знать — мне или тому, кто сказал? А потом, что с тебя толку? Пишешь ты паршиво, помочь со статьями не можешь, водяру и вискарь не пьёшь, ну зачем ты мне?

— Учиться, вы ж не учите.

— Вот, я не учу, отдам тебя тому, кто учить будет.