— Хорошо, что у меня тоже не оставалось сил ждать, — он обхватывает мою талию. — Но знаешь, есть кое-что, что точно поможет нам не расставаться!

— Что? — смотрю на него с любопытством, а Полкан, сдерживая улыбку, снова лезет в карман и достаёт… наручники!

— Ох… — прикусываю губу.

— Помнишь, ты говорила, что я грозился тебя приковать к себе? — он мягко улыбается. — Но, любовь моя, на самом деле это ты меня приковала. Без всяких наручников и так крепко, что я не представляю своей жизни без тебя. Сердце к сердцу, рука к руке… Так что… я весь твой, — вкладывает мне в руку прохладный металл.

Живот простреливает желанием, я поднимаю на мужчину хитрый взгляд.

— То есть… тебя будем пристёгивать первым?

Его передёргивает, из горла вырывается какой-то сдавленный звук.

— Вообще-то, я планировал просто соединить нам руки, — выдыхает, тоже облизывая губы. — Но твоя идея нравится мне намного больше.

— О да! — встаю на цыпочки и тянусь к нему.

— Моя сумасшедшая малышка, — он прижимает меня сильнее.

— А ты — мой, — киваю и растворяюсь в его поцелуе.

— Алина, детка, а гости? А ресторан? — расстроенно спрашивает меня тётя Таня. — Ну что за свадьба, если вы совсем не собираетесь праздновать?

— Мам, отстань от моей невесты, — ворчит Полкан. — Всё будет так, как она захочет.

— Тебе она невеста, а мне — будущая невестка, — надувается его мама.

— Тёть Тань, мы не хотим шумного торжества, — говорю успокаивающе, — но почему бы не прийти к компромиссу? Я не против гостей и ресторана. Только пусть будут самые близкие?

— Ну, хорошо, — сдаётся тётя Таня. — И сколько получится человек?

— Надо посчитать, — говорю задумчиво. — Вы с Игорем Семёновичем, моя сестра с мужем и дочкой, Аня и Никита, тоже с дочкой, и Герман Эдуардович… Марусю с Алексом и Матвеем тоже, конечно, — поворачиваюсь к Полкану. — А ты кого-то близкого хотел позвать? Как-то прилично народу получается, — хмурюсь.

— Милая, давай потом обсудим? — он сдерживает зевок.

— Устал? — спрашиваю тихонько.

— Ага, — Полкан морщится. — Сегодня весь день разбирался с информацией насчёт этой Агнии, пришлось помотаться по городу.

Киваю. Я продолжаю работать его секретарём, поэтому в курсе некоторых вещей. Илона уволилась — нашла себе в последнем отпуске какого-то мужчину — так что моё место в приёмной никто не оспаривает. И хорошо.

Мы прощаемся с родителями Полкана и едем домой. Мне очень комфортно и спокойно в его квартире, поэтому у меня мы остаёмся редко. Дома устраиваемся в одном кресле, Полкан притягивает меня к себе на колени, и я прижимаюсь к его груди.

— Не переживай насчёт мамы, — говорит он. — Серьёзно. Если захочешь сбежать и жениться в джинсах и футболках — я буду совершенно не против.