– Зачем вам мое «пожалуйста»?

– Тогда я пойму, что меня просят о чем-то, а не приказывают, – ответила Флер. – И буду знать, что меня уважают.

– Мисс Гамильтон, будьте так любезны, сыграйте нам на клавесине. Сыграйте, пожалуйста, – неожиданно раздался голос герцога.

Флер вздрогнула: она не слышала, как он поднялся с места и пересек классную комнату.

Дочь с осуждением взглянула на отца.

– Пожалуйста, мисс Гамильтон, – пробормотала она.

Флер на мгновение прикрыла глаза. Она готова была сделать что угодно, только не играть. И все же она села за инструмент и исполнила Баха.

– Теперь ваша очередь, леди Памела, – сказала она, закончив играть.

– Вы хорошо играете, – улыбнулся герцог. – Вы видели инструменты в гостиной и музыкальном салоне?

Флер видела инструменты, когда миссис Лейкок водила ее по дому, но не осмелилась к ним прикоснуться. Пианино в гостиной было гораздо лучше, чем то, на котором она играла в Герон-Хаусе А рояль, стоявший в музыкальном салоне, был просто великолепен.

– Да, ваша светлость, я видела их в день своего приезда.

– Пойдем, Памела, – сказал герцог, подавая дочери руку. – Мы послушаем мисс Гамильтон в музыкальном салоне. И не будем забывать слово «пожалуйста», не так ли?

– Да, папа, – кивнула девочка.

Флер прошла за ними по коридору к дальней лестнице.

Она по-прежнему ужасно нервничала и вместе с тем ликовала. Ей позволят играть на таком чудесном инструменте!

Следом за герцогом и Памелой Флер вошла в музыкальный салон, находившийся рядом с библиотекой. Затем подошла к инструменту и осторожно прикоснулась пальцами к клавишам.

– Пожалуйста, мисс Гамильтон, – сказал герцог и сел вместе с дочерью за спиной Флер.

Она заиграла Бетховена. Сначала играла неуверенно, но вскоре ее пальцы привыкли к клавишам слоновой кости, и Флер, окончательно успокоившись, всецело отдалась музыке.

Музыка всегда была ее любовью, ее страстью; когда Флер садилась за пианино, она забывала обо всех своих горестях и обидах – в эти мгновения для нее существовала только музыка.

Закончив играть, она склонила голову и словно в изнеможении уронила руки.

– Папа, можно мне теперь проведать Тини? – раздался детский голос.

– Да, можно, – сказал герцог. – Попроси кого-нибудь из слуг проводить тебя. Но помни, что ты должна сказать «пожалуйста».

– Но ведь это глупо, папа.

Флер услышала, как дверь открылась и тотчас же закрылась.

– У вас талант, мисс Гамильтон, – сказал герцог Риджуэй. – Но вам не хватает практики.

– Да, ваша светлость.

– Если вы собираетесь учить мою дочь, то и сами должны играть безупречно. Вы будете полчаса в день заниматься с Памелой и час в день – для собственной практики.

– Где, ваша светлость? – спросила Флер, не оборачиваясь.

Она коснулась пальцем одной из клавиш.