И, разумеется, рекомендации будут самыми лучшими.

Айрис в очередной раз удивилась тому, как сэр Дэвид строил предложения. В колледже училось довольно много девушек из аристократических или просто богатых семей; Айрис никогда не общалась с ними близко, у них был свой круг, но замечала, что о некоторых вещах они говорили точно так же – словно что-то произошло или должно было произойти само собой. Не «я выплачу вам жалованье», а оно окажется выплачено каким-то чудесным способом. Но, может быть, за этих людей действительно всё делала прислуга, и они даже не знали, каким образом исполняются их пожелания.

– Я собираюсь продолжить работу, – сказала Айрис.

Сэр Дэвид поднял на неё тёмные измученные глаза:

– Может быть, принести вам чай, или воду, или кофе? – неожиданно для самой себя выпалила Айрис. В её обязанности не входило подносить сэру Дэвиду напитки, но ей хотелось сделать для него что-то хорошее.

– Спасибо, мне ничего не нужно, – сказал он.

Айрис поняла, что он хочет, чтобы его оставили одного.

На станции Айрис встречал Уилсон. Людей на перроне было мало, и Айрис сразу догадалась, что именно этот немолодой уже, но крепкий мужчина в низко надвинутой кепке приехал за ней. В отличие от прочих встречающих, он не ждал, не высматривал с надеждой среди выходящих из вагонов пассажиров кого-то своего. Он прибыл сюда по поручению, выполнить работу. Несмотря на свой незаинтересованный вид, Айрис он приметил быстро:

– Мисс Айрис Бирн? – спросил он. И в то же мгновение, не дожидаясь ответа, потянул чемодан из её рук.

Пока они ехали в поместье Эбберли, находившееся в тридцати милях от Стоктона, Уилсон время от времени показывал на что-то, по его мнению примечательное, и давал короткие пояснения:

– Здесь была обувная фабрика, давно закрылась. Видите парк по ту сторону железной дороги? В нём дуб, которому не менее шестисот лет.

Центр Стоктона, где, как Айрис читала, была примечательная церковь четырнадцатого века и замок двенадцатого, они не увидели. Уилсон быстро свернул к окраинам, а потом они и вовсе выехали на дорогу, вьющуюся меж ферм, садов и полей.

– Вон там у нас руины монастыря Святого Ботольфа.

Айрис посмотрела туда, куда указал Уилсон: далеко, где поля заканчивались, поднимался невысокий пологий холм, и на нём были заметны крошечные серые строения, как будто бы даже арки… С такого расстояния было не разобрать.

Дорога повернула, и руины монастыря исчезли из виду.

– Это единственное место на всём пути, откуда видно монастырь, – похвастал Уилсон. – Буквально двадцать секунд – и всё.

– Он открыт для посещения? – спросила Айрис. – Или это частные владения?

– Монастырь-то? Открыт.