Мне надо… Господи боже, хоть глоточек!

– Вы в полицейском участке, миссис Хьюз, – строго сказал Годдард.

– И что? Мне без разницы, где я… Я просто сдохну сейчас, и вы ничего, ничегошеньки не узнаете!

Айрис со своего места видела, что Марту Хьюз бьёт дрожь.

– Рассказывайте, и я подумаю, что можно сделать.

– Что рассказывать-то? – Марта Хьюз вдруг обернулась назад и бросила быстрый, вороватый взгляд на Руперта. Или, может быть, на Дэвида – они сидели близко друг к другу, так что понять было сложно.

– Не бойтесь, своему сыну вы не навредите, – сказал Годдард. – Он в этом деле пострадавшая сторона. Его судить точно не будут.

Руперт переводил тревожный взгляд с Марты Хьюз на Дэвида, потом на Годдарда, потом опять на Дэвида.

Даже если он и был убеждён, что он – настоящий сын Вентвортов, ситуация заставила его волноваться. В конце концов, Марта Хьюз ходила под его окнами…

– У него всё хорошо, – протянула миссис Хьюз. – Хотя бы у него всё хорошо… Я не жалею, что сделала это. Он получил то, чего бы я никогда… – Она громко всхлипнула. – Чего я никогда не могла бы ему дать. Мой сыночек…

– Миссис Хьюз, – заговорил Годдард. – Вам нужно успокоиться и рассказать всё с самого начала.

Марта Хьюз, обхватив себя руками, тряслась всё сильнее, начав ещё и плакать.

– А что мне было делать?.. – едва ли не рыдала она. – Если бы вы так жили… Вы бы тоже… Вам легко говорить! Я не могу, не могу так…

Годдард повернулся назад, к Ленноксу:

– Спорю на что угодно, в кабинете у главного инспектора стоит бутылка виски. Одолжите немного.

– Вы это серьёзно? – вытаращился на него Леннокс.

– Разумеется. Зачем же заставлять миссис Хьюз страдать? – Годдард снова посмотрел на миссис Хьюз: – А вы, чтобы не терять время, начните рассказывать.

– Начните с того, что произошло в Стратфордской больнице.

– Это не самое начало. Думаете, я такая дурочка, что вытворила бы такое ни с того ни с сего? Дурой я была раньше, когда вышла замуж за Рона. А мне ведь все говорили… Но я думала, что у нас с ним будет… – Марта Хьюз всхлипнула. – Ничего у нас с ним не было. Он любил только пить и трахаться. Ну и Господа Бога, конечно.

– Я как вышла замуж, всё ходила беременная. Когда родилась Кэти, я радовалась. Потом, правда, узнала, что это такое, когда у тебя младенец на руках, а муж… А муж заявляется домой только переночевать, пьяный и без денег… Через год родился Джорджи, родился и родился. А потом выяснилось, что он, ну… Больной. Дурачок, попросту говоря. Доктор сказал, радуйтесь, если он хотя бы сам есть научится. И в штаны не гадить. Потом третий ребёнок. Но он… Рон меня избил, и третьего не было. Я ни капли не жалела.