– Рассказывай всё! Фенвик, не молчи, рассказывай! – Руперт искал свою упавшую трость на ощупь, потому что не отводил взгляда от Фенвик, точно боялся, что если отвернётся хоть на секунду, то старушка исчезнет вместе с тайной, которую хранила.

Дэвид Вентворт сидел к Айрис спиной, и она видела только, как сжались его пальцы на подлокотнике дивана. Он стиснул его так, что суставы побелели.

Дэвид не произнёс ни звука. Он даже не шевельнулся – точно окаменел.

– Господи, да говори же ты! – взвыл Руперт, который наконец нашёл свою трость, поднялся на ноги и шагнул к мисс Фенвик.

Она вжалась в спинку кресла и смотрела на Руперта испуганно и одновременно виновато.

– Почему ты молчала, старая дура? Почему не сказала раньше, раз ты знала?!

– Мистер Вентворт, сядьте на место. – Инспектор Годдард встал между Рупертом и мисс Фенвик. – Или я продолжу разговор без вас.

– Какой разговор?! – обернулся к нему Руперт с перекошенным лицом. – Вы слышали, что она сказала?! Слышали?

– Я всё слышал и хочу услышать дальше. Но если вы немедленно не сядете…

– Хорошо! – Руперт рухнул обратно в кресло, но вся его фигура была напряжена, выкручена, выгнута, как у кота, готовящегося к прыжку.

– Мисс Фенвик, пожалуйста, продолжайте, – уже гораздо более мягким тоном произнёс инспектор Годдард.

Фенвик переводила покрасневшие глаза с инспектора на Руперта, с Руперта на Дэвида. Сидевшая рядом миссис Пайк тем временем поглаживала её по пухлой дрожащей ладони. Наконец Фенвик снова заговорила:

– Мне так жаль… Я очень виновата, но я обещала! Она… Леди Клементина потребовала, чтобы я ей обещала и поклялась, что не расскажу. Я не могла отказаться. Я просто хотела, чтобы она была счастлива, чтобы она успокоилась, понимаете?

– Боюсь, что нет, мисс Фенвик. Расскажите, пожалуйста, с самого начала, – терпеливо попросил Годдард.

– Она его не любила. Дэвида то есть. – Фенвик опустила голову, словно ей было стыдно за свою умершую хозяйку. – Даже хуже. На руки его брала так, как будто её заставляли. Не знаю, что с ней случилось. Один доктор говорил, что это обычное помутнение рассудка у женщин после родов, другой – что так получилось, потому что её с ребёнком сразу разлучили и долго держали отдельно – и её выхаживали, и малыша. Он ей как чужой был. Вот и всё. Она так ждала его, так хотела! А потом повернулось что-то в голове. И ничего не поделать. – Мисс Фенвик стёрла выступившие на глазах слёзы. – Так и жили. Год, другой. Дэвид уже подрос, но всем я занималась и няня. Леди Клементина могла за весь день ни разу к ребёнку не подойти. А потом… Не знаю, что произошло. Она вдруг собралась в Лондон. Вы представляете? Оттуда все бежали, а она поехала.