Не знаю, сколько простояла под дождем, пока около меня не остановилась машина. Я смотрела на то, как открывается тонированное окно и за ним появляется лицо Касьяна.

— Вероника, в машину садись, — донесся до меня его голос.

— Нет, спасибо, я подожду автобус, — вежливо ответила, а у самой опять щеки покраснели. Вспомнила наш сегодняшний эпизод.

— Это не предложение.

Да, я поняла, что это был приказ.

Мне даже не дали никакой иллюзии выбора. Касьян просто открыл пассажирскую дверь машины и очень выразительно посмотрел на меня. В первую же секунду мне хотелось послать его куда подальше. Кем он себя возомнил? Я не его игрушка, чтобы помыкать мною, как только вздумается. Но эмоции быстро утихли, и на смену пришел холодный расчет. Если я ещё немного постою под дождем, то обязательно заболею, а так ещё и сэкономлю на маршрутке…

Печально вздохнула, и подошла к его машине. Всем своим видом показывая, что не очень то и хочу к нему садиться.

— Ой, я же намочу сиденье, — спохватилась я.

— Садись, — новый приказ. Ну, хорошо, сам же сказал.

Я села на кожаное сиденье и закрыла дверь. Кусочки пирога переместила себе на колени. И надо же было именно сегодня надеть джинсовые шорты и белый топ. Но кто знал, что погода так испортится. Вода противно капала с волос, я перекинула их на плечо. Как же я замёрзла!

Касьян двинулся с места. Я стала осматривать машину. Я в них совершенно не разбираюсь, но понимаю, что она очень и очень дорогая.

— Тебе холодно, — говорит Кас, я опять вздрагиваю от его голоса, когда уже перестану?

— Н — нет, — вру и смотрю на его профиль, разглядываю сильные руки.

Тут Райхель поворачивает голову ко мне, его взгляд падает на мои губы, а затем медленно скользит ниже, застывает на груди.

— А твое тело говорит совсем другое, Мышка, — хрипло говорит. А потом переводит внимание на дорогу и нажимает какие — то кнопки на руле.

Несколько секунд я продолжаю смотреть на его профиль, пытаюсь вспомнить, как дышать, пока до меня доходит смысл его слов. Опускаю взгляд вниз, на свою грудь и вижу, как сквозь мокрую ткань видны очертания сосков! Какой ужас!

Я не знала, что мне делать, прикрыться или сделать вид, что не поняла его намек? Почувствовала, что в салоне стало теплей, он включил печку. Черт, он всего лишь нажал пару кнопок на приборной панели, а мое глупое сердце сделало сальто с переворотом и начало биться в ритме надежде. А что, если все между нами станет, как раньше, в детстве?

Я без зазрения совести рассматриваю Касьяна, ничего не могу с собой поделать. Какой же он красивый, черт подери! Эти точеные скулы, высокий лоб, чувственные губы, и пирсинг в носу и в ушах… Господи, а какие у него ресницы. И плечи широкие настолько, что занимают почти весь салон автомобиля.