И тем не менее верила каждому слову. Потому что обрывки некоторых воспоминаний всплывали в мозгу и составляли неприятную, просто ужасающую картину.

— Хорошенькая, — сказал как-то пришедший мужик в костюме. — Будет лакомым кусочком для гарема в Эмиратах.

— Нет, — отвечал Андронов, ласково поглаживая меня по голове. — Эта останется со мной.

И это только самое безобидное, что пришло мне в голову. Откуда, только откуда берутся такие звери?! Почему их младенцами не душат в постели. Какое сердце нужно иметь, чтобы обрекать людей, детей на такое?!

— Лана… — трясет меня за плечи Максим, и я открываю глаза, смотрю в его лицо и качаю головой. Он дьявол. Андронов просто чистое зло. — Ты веришь мне?

— Да, к большому сожалению, да.

Говорить о чувствах и страхах становится уже не важно, даже как-то глупо. Но я понимаю, что Андронов действительно такой, как говорит Максим. А если его партнером является Королев старший, то и сын со временем займется этим делом.

— Ты все еще хочешь быть со мной? — спрашиваю осторожно и руками обхватываю свои замерзшие плечи. — То есть…

— Тогда мне нужно собраться. Я не могу совсем поехать без вещей. Когда ты хотел отправляться? — говорю серьезно и, приблизившись, касаюсь макушкой твердой, мускулистой груди. — Когда мы уедем отсюда, Максим?

— Завтра, прямо с утра. Я, наконец, домучил свой байк, та что… — напряженно смеется он и обнимает меня за плечи, касается дрожащих губ. — Давай без чемоданов.

Домой иду я с твердым решением собрать самое необходимое в рюкзак. Перед особняком Андронова в горле образуется ком, и я чувствую, как новая порция слез подступает к глазам.

И я жила на деньги, которые заработаны столь грязным делом? И я ведь даже ни разу не задумалась откуда средства. Ну есть и есть. Прекрасно. Или просто не хотела складывать мозаику и сознавать ту грязь, в которую меня привели. Из грязи в князи? Нет… Из грязи в грязь. Где была в детстве, там же и осталась. Только фасад прикрыли красивой тканью.

Захожу в дом, думая, что флешку все-таки отдам этому Самсонову. Теперь моя честь это меньшая из жертв, которую можно принести во благо стольких деток. Пусть Самсонов придавит Андронова, тогда и я перестану бояться, что он со мной что-то сделает.

— Света! — слышу голос в спину, делаю шаг на ступеньку лестницы и поворачиваюсь. Андронов в рубашке с закатанными рукавами и домашних брюках. А рядом Виталик. Уже без костылей. Неужто секс был столь исцеляющим?

— Купалась? — подходит он ко мне и обнимает за талию. — А чего меня не позвала?

Наверное, это нормально — чего-то бояться. Принимать решения всегда непросто, а принимать решение о своей дальнейшей судьбе и того тяжелей.