Вижу среди них и свои вещи. Сегодня мы собираемся, наконец, покинуть дом Миши, от которого у меня кровь стынет в жилах. Но, судя по всему, в новое убежище прибудут не все.

Помявшись на пороге, ловлю на себе строгий взгляд Карателя – и занимаю свободный стул. Намеренно выбираю место как можно дальше от Пиротехника. Он раздражает, а еще ведет себя странно. Все эти внезапные прикосновения, сменяющиеся непривычно холодным для горячего парня равнодушием. Многозначительные взгляды, чередующиеся с полным игнорированием. Страстные поцелуи, забывающиеся им мгновенно… Достало! Терпеть не могу, когда со мной играют, а особенно, если не по правилам.

Выдержав паузу, все же бросаю на Андрея быстрый взгляд исподлобья. Как назло встречаюсь с его огненными глазами и мгновенно сгораю в их адском пламени. К счастью, меня отвлекает ответ ребят. Честно говоря, я уже и вопрос Карателя забыла. Что-то касательно нашего будущего и переезда в новое убежище.

- Мы с Крис, пожалуй, покинем Отчаянных, - подумав, твердо произносит Иван и обнимает шатенку. – Мы устали от борьбы и постоянной опасности. Хотим построить семью и жить, как все люди. Извини, Карим, но мы не идем с тобой дальше.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Каратель кивает. И на мгновение электричество во всем доме отключается. Но симбионт быстро берет себя в руки и возвращает освещение.

- Все в порядке. Будьте счастливы! – последнее слово Карим с трудом выдавливает из себя.

Я понимаю его чувства сейчас, хоть он и утверждает, что лишился всего человеческого. Все же привязанности остались. И эти нити стремительно и больно разрываются. Сначала была убита Ира. Наказана за предательноство. Потом группу покинули Диана: отправилась строить новую жизнь. С нуля. На днях Аня и Руслан вынуждены были скрыться. Теперь Иван и Крис уедут.

Отчаянные погибают. Необходимо просто принять этот факт как данность. И смириться. Но Каратель не готов.

Дождавшись, пока Иван и Крис заберут свои вещи и покинут дом, Карим переводит испытующий взгляд на Пиротехника. Его решения я и сама ожидаю с замиранием сердца. Но не могу объяснить себе, почему.

- Карим, мне-то куда деваться, - смеется Андрей. – Из родных людей только мать, но ей достаточно того, что я жив. Не буду же я вечно у ее юбки сидеть, - откидывается на спинку стула. – О семье я даже не думаю, да и любые отношения – это не мое.

Небрежно брошенная им фраза почему-то задевает меня, больно полосует по сердцу. Пытаюсь подавить неуместные эмоции и часто моргаю, чтобы избежать непрошеных слез.