1990

Свернув на зовущуюся в народе «пьяная», короткую дорогу, бомбила притопил, и вскоре мы уже парковались неподалеку от РОВД по Ленинскому району.

— Подожди десять минут, дальше поедем. — выходя из машины, попросил я водилу.

Не мудрствуя лукаво, номер телефона нужного мне участка я решил просто спросить у дежурного. Ну а что такого? Дело житейское, мало ли какая надобность до участкового?

— Семь, пятьдесят пять, двадцать четыре. — на память продиктовал дежурный, мордатый милиционер в помятом кителе. Судя по довольной ухмылке, от меня он ожидал какой-нибудь гадости вроде жалобы или заявления, а услыхав что мне нужен всего лишь номер, просиял прямо на глазах.

Я тоже просиял, поблагодарил и улыбнулся. Теперь главное чтобы участковый на месте был, и, можно сказать, дело в шляпе.

Бегать по городу в поисках телефонной будки не стал, воспользовавшись автоматом прямо возле отдела. Век цифровых технологий ещё не настал, камер нет, поэтому не страшно. Да и за то что кто-то будет пробивать мой звонок, не переживал, и тоже по той же причине.

Зашёл в будку, нащупал в кармане две копейки, достал, сунул в прорезь и набрал номер.

— Слушаю, Лепёхин! — рявкнуло в трубке.

— Узнал? — стараясь говорить ровно, спросил я.

Долгое молчание, потом напряженное,

— Сущие пустяки. Узнай где и когда были убиты девушки за последние две недели. Перезвоню сюда же после восьми, не подведи меня… — сказал я и повесил трубку

Должно сработать. Сам я ничем не рискую, узнать откуда был сделан звонок, он не сможет, хлопотно, да и узнает, толку никакого не будет.

Теперь в спорткомплекс, если водила поднажмет, как раз к началу успею.

Так и получилось.

Отрабатывая второй червонец, таксист постарался, и опоздал я всего на какие-то пять минут.

— Подождать? — спросил он, когда я расплачивался.

— Не надо, спасибо, хватит на сегодня, накатался. Теперь до зарплаты бы дотянуть…

Таксист хмыкнул, и ничего более не говоря, уехал.

Кататься на такси удобно, но светится лишний раз ни к чему. Я и так отличился, не выпендрился бы перед Катей, может и обошлось бы, не пришлось бы людей на тот свет спроваживать. И хотя мне их совсем не жалко, но и хорошего ничего нет. Я когда на войне первый свой «фраг» исполнил, думал спать плохо буду, мучаться.

Не скотину безмозглую, человека жизни лишил. Но зря переживал, ни разу ни во сне, ни в бреду пьяном, мертвецы мои мне не являлись. Иной раз я и сам даже, когда уснуть не мог, считал их, вместо овец. Сумасшествие это, или ещё что, не понятно, но факт, было дело. Думал здесь, когда заново всё, не полезу в дерьмо больше, но опять не вышло, видать на роду написано.

А народу собралось много. Конечно основная масса это зрители, но и состав участников внушительный.