И это говорит человек, который чуть не убил меня в наркотическом угаре. Да, у Андрея была проблема с наркотиками, он делился со мной, лечился от зависимости. Это, по большей части, нас и сблизило. Уж кому, как не мне, знать, как справляться со срывами? Я сама, как наркоманка в завязке, только доза была далеко. А теперь вот она, руку протяни, а я ментально к кровати себя привязываю, чтобы не поддаться искушению, запертая в своем теле.

Я не хочу. Не хочу испытывать этой странной, неконтролируемой жажды! Ядовитого желания. Похоти, от которой плавится кожа. Я же чувствую его взгляд! Он словно нож, скользит вдоль вен, вспарывая границы, в которых я жила так долго… Я была в жесткой завязке, порой лишь трогая себя, но появился он, и все пробки слетели.

Я обижена на него. Я терпеть не могу его заносчивость. Его подлость. Но это не мешает мне думать о том, что он раздался в плечах, что новая прическа с бритыми висками ему идет. А эта щетина, словно напоминание о том, как она может колоться там, между ног, где дико влажно, где полыхает огонь. Я стягиваю бедра под внимательным взглядом Демьяна.

– Ты знала? – поворачивает он голову на светофоре, мельком цепляет сведенные коленки, потом уже смотрит в глаза. – Про его зависимость?

– И, все равно, собралась замуж? Серьезно думала, что наркоманы бывают бывшими?

– Он не употреблял год.

– Он мог обманывать тебя, не думала?

– Единственный, кто меня обманывал, это ты.

– Вау, ребята, вы такие горячие! Даже жаль, что мне уже выходить. Ась, ты потом доберешься?

– Такси работает круглосуточно, – я зла на нее. Наверное, потому что ей это все кажется смешным, а у меня внутри словно пленкой все стянуто. Дышать тяжело. Думать еще тяжелее. Я даже из машины не выхожу, лишь наблюдая, как Демьян берет чемоданы и довольно ловко несет их к подъезду нашей панельки.

Телефон пиликает, и я открываю сообщение от Любы.

Люба: "Может, вас снова надо запереть в одной комнате, чтобы вы поговорили нормально?"

Ася: "В том-то и дело, что все, что мы делаем, делаем по принуждению".

Люба: "Знаешь, я бы не отказалась провести еще одну неделю с Максом. Даже в подвале. Я дура? Позвонить ему?"

Ася: "Один раз унизишься, потом он всю жизнь будет ноги об тебя вытирать".

Люба: "Не буду звонить”.

Все равно ведь сорвется. Это все уже столько раз пройдено, что даже страшно, как один парень может влиять на состояние одной девушки. Один уже не парень. Одной уже давно не девушки.

Демьян выходит из подъезда, осматривает дом и, бросая сигарету в урну, идет к машине.

Походка не изменилась. Он продолжает дергано шагать, словно куда-то спешит. Садится в машину, заводит двигатель и закуривает новую сигарету. Я всегда думала, что табачный дым вызывает во мне тошноту, неприятие, но сейчас втягиваю его, словно дышать без этого не могу.