Просто в снегу здорово валяться и…

Взгляд Эйдена скользнул на мои губы – их будто закололо невидимыми иголочками от предвкушения поцелуя. Несмотря на мороз, стало жарко-жарко, как возле раскаленной печи.

– Д-да, здорово валяться и… – Я замолчала.

Медленно наклоняясь, мужчина снова давал мне шанс оттолкнуть его, возразить. Но как? Если в горле пересохло, голос пропал, а в черноте чужих глаз отражаются звезды? Тьма не пугала, наоборот, манила и завораживала. И я поняла, что больше всего в жизни хочу в нее окунуться.

Ледяные комья полетели на нас сверху.

– Ай! – Снег попал прямо в лицо.

Фрост вскочил на ноги, затем поднял меня.

Игриво мяукнув, ньйор наперекор приказу продолжал забрасывать нас снегом, шустро работая задними лапами. Вот же зараза озорная!

Отплевываясь и смеясь, я закрылась щитом.

– Свин, хватит! – повторил Фрост строго.

Довольная зверюга послушалась и потрусила куда-то за дом. Лохматый хвост задорно выписывал кренделя в воздухе.

– Порой похвала портит даже ньйора. – Я не узнала свой охрипший голос.

Мужчина промолчал, и от неловкости я не знала, куда девать глаза.

Ругать или благодарить Свина за то, что помешал? Не знаю, еще не решила.

Много позже, после быстрого, но сытного перекуса и посещения купальни на первом этаже, я долго не могла уснуть. Смотрела в темный потолок и вспоминала ночное небо, которое сегодня увидела в глазах Фроста.

Кажется, завтра мне будет очень трудно, а может, и больно.

У крыльца выросла гора колотых дров. Когда возвращались ночью, ее точно не было. После напряженных розысков старателя у Фроста остались еще силы? Двужильный мужчина…

Я отошла от окна и проверила, как моя выпечка.

Еще несколько минут, и можно доставать калачи, а через четверть часа – хлеб.

Чтобы все успеть сделать перед ярмаркой, я поднялась в пять утра. У Кима кроме обычной дровяной печи была магическая для приготовления зелий и духовой шкаф на тепловых кристаллах, поэтому готовилось быстро и в удовольствие. Замесив два вида теста – несладкое и сдобное, я устроила ревизию в холодильном шкафу и кладовке. Не зря.

Мужчины… Ох уж эти мужчины! Припасы никто не проверял с осени.

Сгнившие овощи, поточенная жучками крупа, часть мяса как будто века пролежала в леднике и принадлежала еще доисторическим монстрам…

Взяв ошеек и более-менее годную крупу, поставила вариться ведерную кастрюлю каши для Свина. Ему сойдет. Нам на завтрак пойдут калачи, яичница, отбивные и кофе – Фрост мясо любит, Клим, когда вернется, уверена, тоже возражать не будет.

Испорченные овощи, накрыв щитами-колпаками, я бахнула боевым заклинанием. Пепел смела на совок и высыпала в мусорное ведро.