— Вот кроме сердца и лёгких, аналогичную хрень ему в мозги впихнули. Чтобы эсэлэр или банальный дефибриллятор ничем не помогли.

— Сердечно-лёгочная реанимация. В нашем с тобой случае, благодаря нашим полноценным браслетам может осуществляться путём подмены чужого нервного сигнала.

— Э-э-э? — кто-то всё ещё боялся поверить.

— Если не удалить этот блок из его мозгов, то и сердце с лёгкими запускать смысла нет. — Миру, чуть рисуясь, подгадала момент и подала сигнал именно в эту секунду.

— Ёбтвоюмать. — Трофимов вообще без перехода рывком сел на месте и озадаченно заозирался вокруг.

Рыжий, не вставая с четверенек, ещё раз подпрыгнул, на сей раз повыше.

— Я поддерживала его мозг, пока чистила вирус. — Хамасаки поясняла брату. — Плюс минимальное кровообращение, типа коматозного режима, может поддерживать импульсами и печень — если ею управлять извне. Мы управляли.

— Как удалось? — завуч хмуро посмотрел на старшеклассницу, не глядя на Рыжего.

Ну да, он, кажется, соображал быстрее брата. Тем более что её усилиями практически не пострадал, если не считать выгоревшего импланта и связанного с этим морального (и не только) ущерба в будущем.

— У HAMASAKI INCORPORATED очень неплохой блок медицины, господин Трофимов, — ровно ответила японка. — Просто повезло, что я была рядом и что после развода мамы с отцом мне добавили кое-каких допусков на корпоративный сервер. Вам шесть раз подряд очень сильно повезло, единой цепочкой событий.

Виктор, разумеется, не понял и десятой доли подстрочника, который сейчас вслух не прозвучал.

Педагог дёрнулся, откровенно сверкая мимикой натурала.

— Вас нет в сети, — сообщила она ему. — В принципе. Вы теперь натурал, на какое-то время — вообще без нейрокоррекции и без физических подключений.

— ... — завуч явно хотел сказать что-то нецензурное, но сдержался и лишь бесшумно пошевелил губами. — Спасибо. С другой стороны, грех жаловаться, от добра добра не ищут.

Трофимов был откровенно растерян, ошарашен и, такое ощущение, внутри боролся с собственным отрицанием реальности.

— Эмоциональный шок, — бесчувственно прокомментировала Миру брату в своей классической манере. — Это пройдёт.

— Да главное, что живой! — а вот эмоций Рыжего как обычно с избытком хватало на двоих.

Или даже на троих, судя по тому, что завидующий учебной частью наредкость оперативно справился с эмоциональным штормом и сейчас тоже усиленно размышлял.

— Я здорово пьян, — озадаченно констатировал Трофимов после некоторой паузы. — Не соображу, как прямо сейчас быть и что делать.

— Тот редкий случай, когда пьянство впрок. — Хамасаки легко продолжила изображать нужное амплуа. — Перекрытый доступ к... — она назвала тип клеток мозга. — Частично, но это здорово ослабило удар нейросети.