— Ах да, ведь это его ты защищал тогда! Значит, его не уволили.

— Нет. Просто ночное дежурство здесь принесет ему некоторую надбавку за сверхурочные.

— Хорошо. — Она помедлила. — Ты придешь завтра?

— Но ведь завтра воскресенье!.

— А когда ты будешь собирать вещи?

— Не бери в голову. Это мои проблемы.

— Тогда я познакомлю тебя со Спенсером завтра. И Эйден тоже будет. Предупреждаю, тебя ждет нелегкий день. Мои братья обожают учить людей, как и что им нужно делать.

— Да мне все равно. — Он пожал плечами. — Значит, я увижу их обоих?

— Ну да. Видишь ли, сегодня вечером был первый раунд. Они не преуспели и завтра примутся за меня с новыми силами.

— Они пытаются уговорить меня на то, чтобы я подписала документы, по которым Эмерсон получит дом. Но я этого не сделаю, и мне плевать, практично это или нет.

— То есть сегодня на вечеринке они тебя обрабатывали именно по этому поводу?

— Конечно. Братья прекрасно знают, что я не стану устраивать сцен при таком стечении народа.

— А что, при своих ты можешь закатить сцену?

— Бывало… когда я была помладше.

Они оказались перед дверью, которая вела в комнаты Риган. Она попыталась попрощаться здесь же, в холле, но Алек устало покачал головой, забрал у нее ключи и отпер дверь сам.

— Мы делаем это каждый день, неужели ты еще не привыкла? — с упреком сказал он.

Бьюкенен первым вошел в квартиру, подождал, пока она вошла следом и закрыла за собой дверь, потом он проверил спальню, ванную комнату, заглянул в гардеробную.

Риган сняла плащ и бросила его на спинку стула. Уронила сверху палантин и сумочку. Алек, стоя посреди гостиной, потянул вниз узел галстука. Она откашлялась и сказала:

— Спасибо, что сопровождал меня сегодня вечером.

Потом она увидела, что он сделал шаг в ее сторону, и комната вдруг показалась ужасно маленькой. Еще шаг — и Риган почувствовала дрожь в коленях.

— Я правда очень благодарна, — продолжала она и с ужасом поняла, что голос ее звучит хрипло и совершенно неубедительно. «Хоть бы он перестал так на меня смотреть, может, я и сумею собраться с мыслями».

— Я выполнял свою работу, — отозвался Алек. Засунул галстук-бабочку в карман и расстегнул две верхние пуговицы рубашки. — О! Так намного лучше. Хоть дышать можно.

Риган попятилась и скоро оказалась прижатой к двери. Бьюкенен протянул руку ей за спину, запер дверь, а потом уперся в нее обеими руками. Теперь Риган оказалась в кольце его рук, как в ловушке. «Не думать, — сказала она себе как можно строже. — Вот только не надо об этом думать… Чем же от него так замечательно пахнет? Одеколон? Мыло? Да какая разница…»

Но что делать? Что делать? Мысль билась в голове, и там же уже имелся ответ — она ничего не может с собой поделать. Что там говорить, она даже взгляд от его глаз отвести не в силах.