И хорошо, что мы так и не… не стали…

— А! Теперь я понял. Потому что у тебя не было влечения?

— И он отнесся к разрыву плохо?

— Сначала да. Звонил все время. Но потом смирился, и, по последним данным, он обручен.

— Она богатая наследница.

— Ты рассказала Уинкотту о Деннисе? — спросил он после небольшого колебания.

Некоторое время они ехали в молчании. Риган размышляла об Алеке и о том, как сильно она к нему привязалась. Это чувство грозит ей большими неприятностями. Он с самого начала предупредил: детектив Бьюкенен на работе, он закончит выполнять обязанности телохранителя и уедет из города. А она останется. И будет страдать.

Нужно найти причины, по которым им не следует переводить отношения в еще более тесные. Первая и самая простая из них — ее сердце будет разбито. И вообще даже целовать детектива Бьюкенена неэтично… если вдуматься, он вполне сможет подать на нее в суд за сексуальные домогательства.

О, Господи помилуй, она стала размышлять как братец Эйден. Кто бы мог подумать… и все же здравое зерно в этой нездоровой мысли имеется. Алек не может покинуть свой пост, и она в некотором роде собирается воспользоваться своей властью. Потому что если Алек ее охраняет, то ведь его можно рассматривать как наемного работника… который будет иметь все права подать на нее в суд.

Риган представила себе первые полосы газет с сочными заголовками и как фотографы будут охотиться за ней и ее семьей… Какой кошмар!

К тому времени как они добрались до отеля, Риган Мэдисон убедила себя в том, что не допустит подобного развития событий. Ей вообще не нужны никакие события. Она полностью владеет своими чувствами, а потому сможет контролировать ситуацию.

Когда они шли через холл первого этажа, Алек взял ее за руку. Охранник у лифта с улыбкой ответил на приветствие. Еще в самом начале операции Бьюкенен проверил документы у каждого из них и всех знал в лицо.

В лифте Риган вдруг вспомнила еще кое-что и покаянно произнесла:

— Прости, что не познакомила тебя со Спенсером.

— Ничего. Может, оно и к лучшему. Ваша беседа втроем выглядела не очень дружеской.

— А что, не должен был? Или это был один из тех случаев, когда ты собиралась скрыть свои чувства от окружающих?

— Ты смеешься надо мной.

— Если только самую малость.

Лифт остановился, Алек вышел и кивнул полицейскому, который дежурил на этаже.

Все комнаты на этаже были освобождены, заперты и опечатаны впредь до дальнейших указаний. Сделано это было по указанию Эйдена, и с Риган, как водится, никто не посоветовался.

— Этот полицейский показался мне знакомым, — протянула Риган. — Он уже дежурил здесь прежде?

— Нет, сегодня у него первое дежурство в отеле. Но ты видела его раньше.

— В кабинете лейтенанта Льюиса.