Очень утром 1 января люблю оливье из тазика трескать. Да, готов принять участие в приготовлении блюд.

Пока я длинную речугу произношу, лицо Любочки озаряется улыбкой, а ее глаза мягчают, из них уходит настороженность.

Пользуясь случаем, приношу ей из гардеробной новые икеевские меховые шлепанцы и приглашаю свою Богиню на свидание в подвал.

По дороге шучу, что именно сейчас она и увидит моё настоящее лицо. В ответ на мои слова Любаша заливисто хохочет. Я наслаждаюсь её обществом и смехом.

В мыслях своих прошу высшие силы усилить непогоду и задержать её хотя бы на неделю.

Мне так хорошо с моей божественной женщиной - Любочкой, что хочется кричать в полный голос рекламный слоган фирмы ""Данон"":"" И пусть весь мир подождёт!""

Глава 6

Войдя в подвал хозяина дома, волевым решением держу свою челюсть, чтобы она, не дай Бог, с грохотом не рухнула на наливной пол.

Поразить моё воображение достаточно сложно, потому как я сама ещё тот запасливый хомячок, но самой себе могу признаться совершенно точно, что Степан по домовитости обошёл меня по всем параметрам.

Его подвал - это бункер стратегических запасов продуктов от сыпучки разных видов, овощей и всевозможных закаток до мясной продукции от охлажденки в вакуумных упаковках до глубокой заморозки. В отдельной морозилке, которую сам Степан назвал ""нештячки"", удалось найти не только мороженое, пирожное, но и другую разную кондитерку и даже хлеб.

- Да уж, Степан! Искренне потрясена! Нет, Вы все же сумели поразить меня в самое сердце! - с восторгом выдаю я, не задумываясь о том, в каком контексте услышит и поймет мои слова мужчина."

"- Ой, Любушка-голубушка, если честно, я, конечно, старался, но не на все сто процентов. С такой темпераментной и отзывчивой женщиной как ты мужику можно и совсем не быть королём секса, - выдаёт алаверды Степан, попадая в смысл моих слов, как пальцем в небо.

Несмотря на свои 178-ь сантиметров роста, на Степана мне все же приходится смотреть снизу вверх.

Приподняв голову, взглядом утыкаюсь в глаза мужчины, вижу в них активную мыслительную работу. Понимаю, Степан осознав, что ляпнул чушь, ищет выход из сложившейся ситуации.

Видно не придумав ничего путного, он просто ловко, по-хозяйски обнимает меня загребущими ручищами и накрывает мои губы своими.

В этот раз все манипуляции Степан выполняет бережно и нежно, будто опасаясь получить по голове. Вишенкой на торте его тактильного признания своей вины становится громкий чмок в кончик моего носа.

Я, традиционно ошалев от происходящего, выдаю вместе с междометиями ""ух"", ""ах"", ""ну"" всего одно слово ""обалдеть"".

- Ойц, ну чего уж там, - прикидываясь смущённым, произносит Степан.