Степа никак не реагирует на баловство своих отпрысков, только оборачивается и, улыбаясь, посылает мне мысленный поцелуй.

Поймав его, душа моя ликует. Мы уже тринадцать лет вместе, а такое чувство, что только вчера увидела голого Степана, стоящего у окна, и родила наших прекрасных детей, которые прочти два месяца жили без имён.

Нас выписали из перинатального центра только через две недели.

После своего рождения наши дети хоть и недолго, но все же находились в кювезах под наблюдением врачей. Дочурина набирала вес, а сынок так за компанию.

Папа наш все время как Цербер ходил около окна детского отделения интенсивной терапии новорожденных. Смотрел, когда я приходила кормить малышей.

В моменты детского сна Степа думал над их именами. Он очень хотел парные варианты, потому в списке, который он упорно составлял были: Олег-Ольга, Виктор-Виктория, Валентин-Валентина, Мира-Мирон, Кирилл-Кира. Над выбором он бился долго. Какие-то на душу не ложились, какие-то к отчеству не подходили."

"Для выбора имён малышам мы даже большой семейный сбор устраивали. Больше всех оригинальничала наша бабушка Сима, которая открыто над нами потешалась.

- Степан, чего ты мучаешься, - басила моя развеселая свекровь, подмигивая мне втихаря, - Есть прекрасные варианты Серафим-Серафима, будут в жизни Фима и Сима. Ну чем не вариант? Ещё Василий и Василиса. Кстати, отлично к твоему отчеству подходят. Вот запасной вариант - Ян-Янина, хотя нет, эти имена так себе с отечеством звучат.

- Мам, детям жить с этими именами всю жизнь, - сдвинув брови к переносице, пыхтел и не соглашался ни с кем мой муж.

Во время поездки в поликлинику на прививку, когда нашим детям исполнилось два месяца, попросила мужа остановиться у ЗАГСА.

- Степушка, идём детей наших регистрировать.

- Любаш, так мы с именами ничего и не решили.

- Я все уже решила, милый. Дети наши будут Антон Степанович и Антонина Степановна.

- Ты что, Любушка? Знаешь, как будут сына нашего обзывать? Произнести вслух?

- Нет, не нужно, Степа. Не будут Антошу нашего обзывать. Даст пару раз по сусалам, и забудут про обзывательства.

И я оказалась права. Никто нашего Антона и не пытался обзывать, потому что с ним рядом всегда его сестра Антонина, с которой никто не рисковал и не рискует связываться.

Тонечка наша в отличии от Тоши тычки и подзатыльники с малышового возраста раздаёт направо и налево, если хоть кто-то и хоть чем-то пытается обидеть её любимого братика.

Забавную историю с выбором имён каждый год за столом, веселясь, рассказывает баба Сима. Мы все от души смеемся. В этот раз все, конечно, повторяется. Так же как и наш традиционный домашний капустник с концертными номерами, конкурсами, шарадами и театральными постановками.