Двери неожиданно распахиваются, заставив меня подскочить на месте, и в комнату врывается всё та же девочка. Лиззи. Чёрт, она сейчас снова приведёт за собой свою мамашу.

– Приветствую вас снова, леди. – Она кланяется, как будто мы очутились в сказке. – Можно посидеть тут немного с вами?

Я сажусь на кровати, приняв позу лотоса, а потом стучу по местечку рядом.

– Что ж, садись… Лиззи, верно?

– Вообще моё полное имя – Элизабет, но все зовут меня Лиззи. Мама назвала меня в честь героини из её любимого романа.

Она оценивающе проходится по мне взглядом, словно пытается понять, можно ли оказать мне такую честь или нет.

– Можно. Кузен Гай, кажется, небезразличен к вам. А я его люблю. Значит, вы хорошая.

– Твоя семья знает о том, что я тут сижу?

– Ну, мама рассказала дяде Итану, и я вроде как слышала, как ещё кузен Каспиан обсуждал это с кузинами Поппи и Джули.

Эти имена не значат для меня ничего сами по себе, но вот их количество. Наверное, план Гая оставить меня вне досягаемости его семейки валится к чёрту. Но при этом я понимаю, что никто не будет врываться в его спальню, лишь бы меня увидеть. Думаю, ни у кого не хватит на это духу.

– А где сейчас Гай, ты знаешь? – интересуюсь я.

У неё хмурятся светлые бровки. Она взмахивает своей головой, из-за чего её хвостики из русых волос подпрыгивают в такт движению.

– Да. Он в гостиной. Скоро накроют обед. А вы придёте?

– Нет, Лиззи. Я не член вашей семьи.

– Но если Гай захочет вас привести, он может… Он ведь теперь наш Король.

– Он не захочет меня туда привести, – говорю я серьёзно.

– Почему? Я никогда не видела с кузеном Гаем девушек. Я сперва подумала, что вы его жена. Потому что никому нельзя бывать в его спальне.

Я вздыхаю, пытаясь придумать, как угомонить эту девчонку.

– Лиззи, ты умеешь хранить секреты?

– Да, конечно! Мои сёстры постоянно рассказывают мне о мальчиках, с которыми они целовались, и я никому не рассказываю!

Едва сдержав смешок, отвечаю:

– Это похвально. Что ж, тогда и я попрошу тебя никому больше не рассказывать о том, что ты видела в спальне Гая какую-то девушку.

– Но поздно. Все уже об этом знают.

– Но впредь не рассказывай.

– А какой в этом будет тогда смысл?

Из меня рвётся тяжёлый вздох. Я как будто физически устаю с ней болтать. Не представляю, как остальная семья её выдерживает. Хотя она и права.

– Лиззи, иди обедать с семьёй, – прошу я.

– А вы будете сидеть здесь голодная? И совсем одна?

У неё морщится носик и щурятся глаза. Она словно поймала меня с поличным – именно об этом говорит её взгляд.

– О, я знаю! Я принесу вам пудинг! – воодушевлённо восклицает она, подскакивая с кровати.