Нащупав ногами сушу, он выполз на четвереньках на береговой откос и лег лицом вниз, давая глазам привыкнуть к свету. Ему хотелось осмотреться, узнать, куда попал, куда его вынесло, будто только что вернулся на Землю. Перед взором же был лишь чисто отмытый гравий, одинаковый и безликий; взглянуть выше, поднять глаза к небу не давало солнце.

Он заполз еще выше и почувствовал под руками траву. Она была осенняя, сухая и жесткая, но теплая. Русинова начинало знобить. Он не хотел уходить далеко от воды, поскольку боялся потерять место, откуда был вход в пещеру. Стащив в себя мокрую и холодную одежду, он подставился солнцу и сразу согрелся. Почувствовал, как ослабли мышцы лица и наконец разжались стиснутые зубы.

А проснулся он от знакомого голоса.

– Эй, рыбачок! А, рыбачок! Чего же ты разлегся? Лежит – загорает! Кто же будет рыбу ловить?

Русинов открыл глаза и увидел блеклую траву. Неужели совершил круг и вернулся туда, откуда пошел?

– Рыбачок! – звал Петр Григорьевич. – Не спи на закате, голова заболит.

Солнце садилось в тучу и, мутное, уже не слепило. Он осмотрелся и обнаружил, что лежит на берегу шумящей речки, в трехстах метрах от пасеки. Хорошо было видно крышу бани со слуховыми окнами и синий дым, реющий над ней.

Он нащупал на шее медальон Страги – на месте…

Петр Григорьевич улыбался, но его глаз с расширенным зрачком глядел как ружейный ствол.

– Где Карна? – спросил Русинов.

– Карна? – Пчеловод недоуменно вскинул и опустил плечи. – А кто это?.. Ты, рыбачок, на солнышке не того? Не перегрелся?

– Меня сюда привела собака Карны!

– Собака? – засмеялся Петр Григорьевич. – Собака есть, верно! Приблудилась какая-то сегодня! От туристов осталась, каждый год теряют… Пусть зиму живет, может, на следующее лето и хозяин отыщется…

– У тебя на пасеке есть чужие люди? – теряя терпение, спросил Русинов.

– А как же нет? Есть! – развеселился пчеловод. – У меня все время кто-нибудь да есть. Место такое, сюда всех людей тянет.

– Есть! Даже не одна, а целых две! У меня нынче малинник.

Его подмывало спросить об Ольге…

– Одна из них – Карна-Валькирия, – сказал Русинов. – Не морочь мне голову, ты же знаешь все.

Петр Григорьевич откровенно рассмеялся:

– Валькирия?.. Ну ты, рыбачок, и скажешь! Ольга бы еще потянула на Валькирию! А эта – какая же Валькирия? Посмотри на нее!.. Фантазер ты, брат…

Русинов забрел по колено в воду, осмотрелся. Где-то тут должен быть подводный лаз в пещеру, черная яма, дыра в берлогу… Спотыкаясь на скользких камнях, он побродил вдоль пологого откоса, ощупал дно руками, затем увидел бурлящий на стрежи камень, отвернул его – пусто…

– Ты чего там потерял, рыбачок? – спросил пчеловод.