И хоть нарр снова принял ленивый, вальяжный вид сытого кота, наблюдающего за жирными мышками, синие змеиные глазки у этого «котика» были от злости сужены, и взгляд, которым нас с иссаэром одаривали, заставлял меня нервничать. Несмотря на манерность и томность, этот нааганит был далеко не глуп. И я запомнила, что сказал мне Анаишшш: «Даирр всегда получает то, что хочет». А чего сейчас хочет этот аспид, я не могла понять. Он на нас обоих странно смотрел – задумчиво, решая в голове только одному ему ведомую головоломку…

Как же мне они все надоели! Потянув иссаэра за белую косу, заставила мужчину склониться прямо к моим губам.

– Анаишшш, если мое присутствие больше не требуется, можно мы пойдем к себе? Я устала, хочу отдохнуть. Там и поем. Ты же знаешь, как мне с утра было плохо, – прошептала я на ухо блондину, слегка прикусив его за мочку, чтобы понял, что я имею в виду.

К счастью, сообразил, так как уже хорошо меня знал.

– Мы уходим! Шэйтассс уладит все формальности с нашими домами. Со-рин нужно отдохнуть.

Распрощавшись под недовольные взгляды стали и лазурита, Анаишшш подхватил меня на руки и с указки темного понес в новые покои, куда уже заботливо перенесли все наши вещи.

Правда, перед уходом Шэйтассс напомнил, что вечером ждет у себя, так как свяжется с Дэем, чтобы обо всем ему сообщить. Пожелал мне как можно лучше отдохнуть и прийти в себя, намекая этим, что, возможно, ночь я проведу в его постели. Никто так и не понял, почему, побледнев, со-рин вцепилась в рукав нахмурившегося иссаэра. Подумали, что мне действительно плохо.

Да еще и Райсс тоже сочувственно выразил искреннее сожаление, что такая интересная самочка его быстро покидает.

Пообещал с разрешения Анаишшша навестить меня завтра, чтобы узнать о здоровье и продолжить наше общение, ведь я так и не ответила на вопросы, интересующие весь нааганитский совет. Пообещал принести подарок.

Называется, успокоил! Неужели думает, что я буду ему помогать? Даже если бы и знала, у меня там есть кого защищать. Семья… Вспомнив о родных, с трудом сдержала слезы. Их лица я вижу каждую ночь во снах, а днем стараюсь даже не вспоминать. Особенно о том, что сейчас творится с братом, ведь он думает, что я погибла по его вине.

Только душу себе травить…

Быстренько отвернулась и постаралась незаметно промокнуть глаза рубахой иссаэра. Перед этими двумя плакать не буду… Обломятся! Гады холоднокровные!

Даирр тоже напрягся, когда мы с Анаишшшем покидали кабинет, и молча проводил нас прищуренным взглядом. И, кажется, в этом взгляде появилось решение его задачи. Слишком уж довольный и «сытый».

Поэтому, когда блондин занес меня в новые покои и дверь за нашими спинами закрылась, мои нервы сдали.