Нет-нет, не для того я возвращала себе силу духа, чтобы тут же ее потерять. Если я не хочу снова лежать пластом или слоняться по дому как призрак, нужно держать себя в руках.

Мелко покрошила лук и чеснок и выложила в сковороду с большим куском сливочного масла. Пока они обжаривались, нарезала мясо мелкими полосками, чтобы быстрее приготовилось. Обваляла его в муке и добавила соли и перца. На второй сковороде прижарила говядину и объединила ее с луком и чесноком. За неимением томатной пасты просто раздавила помидоры, потолкла их ступкой и добавила в сковороду. Туда же выложила сметану и влила кипяток.

Пока бефстроганов тушился, я отварила картофель и слегка размяла его. По привычке снова сделала большую кастрюлю. Вздохнула, осознав, что придется все это есть самой. А потом вспомнила, как жила раньше: кастрюля супа, сковорода макарон с тушенкой – вот и весь рацион на целую неделю. И ничего, не до жиру было. Так что сейчас самое время вспомнить старое и не воротить нос от отсутствия разнообразия.

– Кто-то просто зажрался. – Усмехнулась я себе под нос. И правда ведь, привыкла, что на кухне хозяйничает Софи, у которой ни одно блюдо не повторялось в течение всего времени.

Мясо получилось нежным и ароматным. Напитавшись соками овощей и сметаны, говядина просто таяла во рту. Я не заметила, как умяла целую тарелку и с трудом остановила себя от того, чтобы не положить добавки.

– Кексик, может, ты все-таки попробуешь? – Я посмотрела на кота, который крутился на кухне. В теплицу за мной он не пошел, но стоило мне вернуться в дом, он не отходил от меня ни на шаг.

Кот поднял голову и посмотрел на меня с выражением искреннего удивления. Мол, ты чего? Я же уже дал тебе понять, что ваша человеческая пища меня не прельщает.

– Вот бы ты умел говорить. – Вздохнула я. – Может быть, сказал, что мне делать.

Кексик, конечно же, ничего не ответил. И мне ничего не оставалось, как прибраться за собой и вернуться в теплицу. После сытного обеда немного клонило в сон, но стоило приступить к работе, я снова взбодрилась. Подвязать стебли – половина дела. Нужно было подрезать нижние пасынки и в целом проредить ботву, чтобы томатам хватало света и воздуха.

Я не уставала поражаться, что даже после того, как два месяца назад я собрала последние, уже перезревшие плоды, томаты, оставшись без должного ухода, все равно продолжали цвести. Вот уж у кого можно было поучиться жажде жизни. Правда, на них, скорее всего, воздействовала какая-то особая магия, а я не могла воспользоваться даже собственной силой. И пусть я не применяла ее так уж часто, но все же браслеты на руках постоянно напоминали о том, что моя магия заблокирована. А еще о том, что Джеспар считает меня преступницей. Но спасибо хоть, что на запястьях тонкие браслеты, а не тяжелые кандалы.