Хотелось думать, что он знал, что делает. А потом хотелось думать, что Чернов тоже знает, что делает, и пацана реанимирует. Справились оба. Один не додушил, второй реанимировал. Молодцы! Понять бы еще, что там случилось на самом деле, но ведь никто не расскажет. Ни Волков, ни уж тем более Волчок. Волчок по-прежнему молчал, в глаза никому из них не смотрел, вид имел одновременно отсутствующий и несчастный. Сразу после ужина ушел на свое место, улегся поверх спальника, отвернулся лицом к стене, заснул. Хорошо, если заснул. Не хотелось еще одного ночного приключения. Эпические кадры – это, конечно, здорово, но иногда хочется банальной бытовухи, без сюрпризов.

Сюрпризов той ночью не случилось. Если не считать сюрпризом цепочку волчьих следов вокруг их домика. Следы были большие, значит, лютоволк поднапрягся и догнал их честную компанию. А мишка не догнал. Мишка решил отдохнуть и не связываться с этими отмороженными берсерками. Гальяно хотелось думать именно так. Он так и сказал в камеру, зрители такое любят. И вообще, нужно же себя хвалить. Как говорится, кто, если не мы?!

Выехали по холодку, в восьмом часу утра.

Гальяно все никак не мог привыкнуть к тому, как поздно начинается в здешних краях световой день и как стремительно он заканчивается. Ехали относительно быстро и почти без приключений. Пока ни прогноз погоды не подвел, ни зимник. Сбавить ход пришлось уже ближе к вечеру, когда до метеостанции оставалось каких-то пятьдесят километров. Расслабившись, они успели позабыть, какими коварными могут быть северные дороги. Или, вернее, то, что здесь принято считать дорогами. Сначала торосы были небольшими, вполне преодолимыми, но чем дальше, тем сложнее делался их путь. Сейчас отметка в пятьдесят километров казалась им едва ли не бесконечной. Снова приходилось наматывать километры в надежде объехать особенно большие преграды, выходить с лопатами и пешнями на почти пятидесятиградусный мороз, расчищать снег, сбивать лед с колес, откапываться и вытаскивать.

Волчок больше не отсиживался в салоне, махал лопатой наравне с остальными. Хотя Гальяно поостерегся бы давать ему в руки лопату. Береженого и бог бережет! Но Волков был спокоен. Или выглядел спокойным? Вникать не было ни времени, ни сил.

Все силы уходили на то, чтобы прорваться, преодолеть эти несчастные несколько десятков километров. А еще на борьбу с ленью и малодушием. Всего один звонок Туче – и все их мучения могут закончиться. Но что ж это будет за экспедиция на край земли, если на этот самый край их с максимальным комфортом доставит вертолетик?! Нет уж, они как-нибудь сами, лопатами расчистят себе путь к светлому будущему.

Расчистили. Снова упахались и замерзли. Но факт, что они победили, компенсировал все неприятности и невзгоды.