Вы же нормальный мужчина. Накатило. Бывает.

Кощей молча разложил еду по тарелкам. Вооружившись вилкой и ножом, он примерился к отбивной, но внезапно отложил столовые приборы.

— Не накатило, — произнес он, глядя Даше в глаза.

— Когда я ем, я глух и нем, — возразила она и показала пример в обращении с мясом.

Хотя есть не хотелось.

Хотелось забиться в угол ванной и пореветь.

…Глупости какие в голову лезут!

Ужин проходил в напряженном молчании. Даша закончила с едой. Дождалась, пока начальник домучит свою порцию. Отнесла тарелки в раковину.

— Я сейчас всё зашью, — уведомила она Полякова, направляясь к порванной одежде.

— Да зачем силы тратить? — брякнул он, нагоняя, и стал натягивать штаны прямо под полотенце.

Солнце село. В комнате стало темно. Из кухни через дверной проем лучи падали косой, рассеивающейся трапецией.

— Но… — слабо возразила Дарья.

— Всё равно на выброс, — поднял взгляд шеф и взыкнул молнией ширинки. — Не переживай, в пальто я самое дорогое не отморожу. Да и на улице не крещенские морозы, — продолжал он, натягивая рубашку.

В полумраке мужская мускулистая фигура с резкими, нервными движениями выглядела зловеще.

Пугающе даже. Как мрачный предвестник бед.

Под грудиной тревожно заныло.

— Извини, — бросил Павел Константинович, проходя мимо Дарьи в прихожую.

— И всё? — Шеф был явно не в духе.

— И за спасение, — добавила Даша, складывая руки на груди.

— Очень неловко вышло…

— Да, — кивнул Поляков входной двери, надевая пальто.

— …с этим мужиком. Вас втравила в неприятности…

— Ты об этом, — резко обернулся и хмыкнул он. — Пожалуйста, не ставь там больше скутер. И вообще, будь осмотрительней.

— Не «ладно».

Я серьезно.

— Всё. До завтра. — Кощей потянулся к дверной ручке.

— Павел Константинович, — окликнула Даша, когда дверь уже приоткрылась.

…Поцелуй. Шеф обернулся, и Дарья быстро коснулась губами его щеки возле рта.

— Нет, ничего, — «смутилась» она. — До завтра, — и толкнула дверь сильнее, указывая на выход.

И быстро захлопнула ее за шагнувшим на лестничную площадку гостем.

Только у Даши было такое ощущение, что не идет, а летит. И не по плану, а с обрыва, как лавина. Но — всё. Тут песня не обманула.

Дарья провела по волосам пальцами-граблями ото лба к затылку.

И еще раз. Включила свет в комнате, нашла брошенный телефон и набрала номер мамы.

Сердце тревожно цокало внутри. Ту-тук. Ту-тук. Ту-тук. Подстукивая гудкам телефона.

После третьего мама отбила вызов.

Не хочет разговаривать.

Когда мама обижалась, она могла не разговаривать неделю.

Дарья положила телефон.

Получит зарплату и отправит деньги на окна.

Нужно просто продержаться до зарплаты.

Эмоции захлестывали Пашу, не вмещаясь ни в груди, ни в черепной коробке.