Судя по весу — золотой. Надо полагать, с кого-то из мстителей сняли.

Сергей не стал отказываться, чтобы не обижать.

— У франков есть неплохие воины, — сказал Дёрруд. — Но у них нет единства.

— Будь у них единство, вы, северяне, к ним бы не сунулись, — отозвался Сергей по-нурмански.

— Мы. Северяне, — произнес Дёрруд, с нажимом на «мы».

— Мы не сунулись бы, — поправился Сергей.

Еще с предыдущей жизни он привык, что нурманы и варяги — разные компании. Но здесь от этого придется отвыкать. А куда денешься, если у него под началом столько нурманов?

— Варт, стой, — бросил Машег. — Кто-то едет…

Он соскользнул с коня, припал к земле…

— Конные. Больше сотни.

— С дороги, — мгновенно среагировал Сергей.

Вокруг, как назло, только поля. Всходы уже поднялись, но так, на полметра. Всадникам точно не спрятаться. Были бы свои, обученные лошадки, залегли бы. А эти…

— Машег, уложишь коней?

— Зачем? Пусть себе стоят.

Точно. Силуэты лошадей без всадников подозрений не вызовут.

Жеребец Сергея осторожно ступал по полю. Пытался попутно подкормиться, но Сергей не позволял, поддергивая поводья.

Вроде достаточно отошли.

— Спешиваемся.

Кони тут же занялись делом. Всадники присели рядом. Сергея с Машегом всходы закрывали целиком, Убийце пришлось прилечь.

Едут.

Плотная масса идущей на рысях конницы. В темноте точно не сосчитать, но, похоже, Машег преувеличил: не сотня, десятка три. Прошли по дороге в сторону Шартра. Но не все.

Двое съехали и двинулись прямиком к ним.

Черт! Можно было и предусмотреть, что лошадками одинокими тоже заинтересуются. Особенно в нынешнее беззаконное время.

— Машег, одного вали сразу, Дёрруд, второго — живым.

Конокрады не торопились. Ехали осторожно. Надо полагать, ждали, когда основной отряд окончательно потеряется в темноте.

Дёрруд сунул Сергею повод своего коня, пополз навстречу всадникам.

С Машегом они не сговаривались, но сработали одновременно. Убийца метнулся вверх, сдергивая первого всадника с коня, а Машег в ту же секунду послал стрелу, пробившую переносицу второго. А потом рванул вперед и успел ухватить узду коня того, кого подстрелил. Вторую лошадь удержал Дёрруд.

Взятый живым пришел в себя через пару минут. Сел и увидел Сергея.

— Мой друг — норманнский язычник, — сообщил пленнику Сергей. — Он любит убивать таких, как ты. Очень медленно убивать.

Пленник попытался встать…

Не получилось. Из-за легшей на голову ладони Убийцы.

— Он хотел бы, чтобы ты умирал долго, — сказал Сергей. — Я не такой. Возможно, я даже сохраню тебе жизнь, если ты сумеешь мне понравиться. Хочешь что-то спросить? С чем-то не согласен?

Пленник замотал головой. Вернее, попытался это сделать: рука Дёрруда все еще лежала у него на макушке.

— Это хорошо, — одобрил Сергей.