По версии обвинения, Светлана Леоничева, не простившая мужу убийства матери, к которой была сильно привязана, подсыпала ему в эту чудесную фляжку сильнодействующий препарат, от чего Леоничев и скончался. К совершению преступления Светлана готовилась заранее, она уже знала, что оставит на домашнем компьютере мужа предсмертное письмо, в котором Леоничев якобы покается в смерти матери, и готовила текст этого письма. Набросала несколько вариантов, один, показавшийся ей самым удачным, признала окончательным, а после того, как отравила мужа, перекинула текст с флэшки на компьютер Леоничева, находящийся в квартире. И все сошло бы ей с рук, если бы не маленькая небрежность: Светлана не выбросила эту флэшку, на которой были все варианты предсмертного письма, а сохранила, и ее нашли.

В судебном заседании Светлана Леоничева свою вину отрицала, но ее осудили, потому что были и улики, и показания свидетелей о том, как она стала ненавидеть своего мужа и как не могла ему простить того, что он сделал.

Однако в деле не было никакого упоминания о ДТП с участием Светланы Леоничевой и никакого свидетеля, который приходил бы к Леоничеву за несколько часов до убийства просить материальной компенсации затрат на лечение женщины, в этом ДТП пострадавшей. Что это, выдумка Артема Лесогорова? Или ДТП имело место и все было именно так, как написано в пьесе, а суд не разобрался? Надо срочно звонить Сергею Зарубину, пусть по линии ГИБДД выяснит, у кого из работников театра была подобная ситуация и, следовательно, мог быть подобный мотив для убийства Леоничева.

Ну-с, теперь посмотрим, чем нас порадовала защита в судебном заседании. Адвокат по имени Борис Аркадьевич Мец очень старался оправдать Светлану Леоничеву и нашел свидетелей, которые говорили о том, как она любила своего мужа и как дорожила этим браком и их с мужем нежными и доверительными отношениями. Мец предпринял также попытку доказать алиби Светланы, но ему это не удалось.

Ну что ж, будем встречаться с адвокатом, решила Настя, закрывая уголовное дело.

Борис Аркадьевич Мец долго не мог взять в толк, зачем приехавшей из Москвы Анастасии Павловне Каменской нужны подробности бесславно проигранного им в прошлом году процесса.

– У вас появились возможности доказать невиновность моей подзащитной? – допытывался он.

– Нет, – призналась Настя, – об этом речь не идет.

– А о чем тогда? И кто вообще вас нанял?

Обманывать адвоката, выдавая себя за полноправного сотрудника уголовного розыска, Настя не рискнула, у него ведь хватит ума и удостоверение проверить, так что пришлось сказать ему правду.

– Меня наняли помогать в расследовании покушения на одного жителя Москвы. Но у меня есть основания полагать, что в деле Светланы Леоничевой содержится важная информация.