Майя больше у Винивитиновых не появлялась — после того случая ее рассчитали. Но Фиса знала, что девица почти сразу после увольнения выскочила замуж, родила дочь Катю, так же скоропалительно развелась, а спустя год произвела на свет невесть от кого мальчика. Потом Майя расписалась с каким‑то мужиком, тот оказался алкоголиком. Жена не хотела, чтобы супруг пил в подворотнях с приятелями, боялась, как бы ее сокровище не убили по пьянке, и стала накрывать стол дома. Сама тоже выпивала вместе с мужем и довольно быстро попала в зависимость от водки.

О своей жизни Надежда Васильевна помалкивала, но один раз ее прорвало, а Анфиса случайно оказалась рядом.

Домработница в истерике все выложила свояченице Семена.

Оказывается, когда ее внук Иосиф и внучка Катя были еще маленькими, Надежда Васильевна упала в ноги к Кириллу Алексеевичу и попросила его:

— Христа ради, помогите квартиру разменять. У нас с дочерью двушка. Ей нужна комната в коммуналке, желательно подальше, лучше за сто первым километром, а мне с внуками — однушка.

— За что ты родного ребенка наказать решила? — удивился хозяин.

Домработница заплакала:

— Майка пьет с утра до ночи, водит мужиков, в доме вонь, крик, скандалы, нет покоя ни мне, ни малышам.

Деньги ворует. Куда ни спрячь рубли, везде найдет и на водку обменяет. Не первый год в аду живем.

— Чего раньше не пришла? — укорил прислугу барин, а потом поехал в мэрию.

Кирилл Алексеевич имел обширные связи, выбил Майе однушку гостиничного типа в Капотне. Надежда осталась в своей квартире. Более того! Винивитинов‑Бельский был человеком жалостливым и очень любил детей. Поэтому он велел Наде: «Приводи внуков с собой на работу. Ксении с Родионом веселей будет».

А потом стал считать Катю и Иосифа кем‑то вроде племянников.

Ребята быстро подружились. Верховодила в компании Ксюша, остальные ей охотно подчинялись. Они общались вплоть до того момента, как Ксения уехала в Канаду, только тогда спаянный коллектив развалился. Родя поступил на мехмат, Иосиф уехал во Владивосток, учится на капитана дальнего плавания. Катюша, удивив всех, оказалась на студенческой скамье в Питере, в вузе, который готовит артистов. Подробностей о жизни повзрослевших внуков Надежды Васильевны Анфиса не знала, помнила их школьниками, ведь, став студентами, дети Лапиной в усадьбе не показывались.

А вот Майя иногда прикатывала. Непутевая дочь проходила на кухню и клянчила у матери деньги на дозу. Она перестала пить, но очередной сожитель подсадил ее на иглу. Чтобы Майю, не дай бог, не увидели хозяева, мать совала ей рубли и выгоняла вон. Елизавета Матвеевна не знала о визитах Майи, а Анфиса один раз застала дурно пахнущую тетку на кухне, пристала к Надежде с вопросами и узнала правду.

— Наверное, нужно отвезти Лапину домой.