Наденька, боясь ослушаться хозяина, старательно пробиралась сквозь дебри текста. Первое время она даже плакала над страницами. Слезы вызывало не содержание романа, а отчаяние оттого, что половина фраз казалась непонятной. Вроде по‑русски написано, да трудным языком. Но потом вдруг ей стало легко. Благодаря настойчивости Кирилла Алексеевича, взявшегося учить горничную, Надя полюбила читать, научилась связно составлять письменный текст, то есть она, не посещая вуз, получила хорошее филологическое образование. Кроме того, Винивитинов давал ей альбомы с репродукциями, приказывал рассматривать картины и читать биографии художников.

Каждый четверг Надя сдавала ему зачет, отвечала на вопросы, показывала свои записи. Вот с тех пор она и приобрела привычку вести дневники.

После смерти Кирилла Надежда долго тосковала, а потом купила в табачном магазине упаковку сигар и стала зажигать их в своей квартире. Тяжелый, малоприятный почти для всех женщин запах казался ей волшебным ароматом, а после написания очередной страницы дневника уходила усталость прошедшего дня.

Проэкзаменовав прислугу, Кирилл Алексеевич делился с ней своими планами.

Надюша первая узнала о предстоящей свадьбе Семена, которому отец дал уничижительную характеристику:

— Уродилось яблоко в свою мать. Сеня — человек без внутреннего стержня, ведомый, ленивый. Женится сын на такой же размазне, сядут вдвоем на диване, руки сложат, и погибнет род Винивитиновых. Нужно мне ему супругу найти правильную, чтобы та не дала Сене покрыться плесенью.

И он обнаружил на ярмарке невест весьма подходящую, как ему показалось, кандидатуру — Елену Оконцеву. Лена была на семь лет старше Сени и состояла в разводе.

Оба этих факта легко могли не понравиться потенциальному свекру и в особенности свекрови. Но Кирилл Алексеевич посчитал плюсом возраст и первый неудавшийся брак молодой женщины.

— С одним мужем рассталась, опыта понабралась, со вторым поведет себя правильно, — поделился он с Надеждой своими мыслями. — Ровесница Семена будет дурой, а Оконцева взрослее, значит, глупить не станет. И Елена дочь богатого отца, а у ее матери дворянские корни. Правда, семья не очень родовитая, но все же невеста не из крестьян‑пролетариев.

Сыграли свадьбу, через год родилась Людмила. А спустя еще несколько месяцев молодая мать ушла от Семена, бросив на прощание:

— Из тебя муж, как из мыши тигр.

Кирилл Алексеевич сделал попытку склеить брак сына, поехал к отцу Елены, но тот весьма нелюбезно ответил:

— Моя любимая дочь воспитывалась в семье, где мужчины за женщинами ухаживают, а не наоборот. Не вижу смысла ей в няньку для великовозрастного младенца превращаться. Слава богу, я не нищий, прокормлю и Лену, и Люсеньку.