Прет напролом, ледоколом, впрочем, люди перед ним сами расступаются в стороны. Попробовали бы они этого не сделать под таким властным взглядом. Надежда на то, что он остановится возле одного из знакомых, которым кивает, тлеет, когда он оказывается напротив меня.

У меня метр семьдесят пять, я на каблуках, а все равно ощущение, что он надо мной нависает. Но здесь дело не в росте. Его аура давит. Он привык подчинять и исключений даже для подружек невестки не делает.

Подумать только… И он – папа Луки! И дело даже не в том, что ему пятьдесят, а он выглядит гораздо моложе. Просто они с Лукой совсем не похожи.

От взгляда мужа Натальи мне не хотелось бежать на другой континент. А здесь я согласна даже провалиться сквозь землю.

– Не от меня, часом, прячешься? – Он сканирует меня строгим взглядом. – Такие слухи о нас распускаешь, что нам впору в загс идти, а не в прятки играть. Как ты считаешь?

Я считаю, что пить – это плохо, даже на свадьбе лучшей подруги. Потому что, кажется, я переспала с отцом жениха. Не помню. Вообще ничего не помню… Но не спрашивать же теперь у него?

– Ничего не получится! – возражаю поспешно.

– Мне некогда! У меня уже запланировано пять свиданий на этой неделе!

– Хм, – задумчиво тянет он, – а выходные, как я понимаю, свободны.

– То есть… между нами все-таки что-то было?

Он недовольно прищуривается, и, пожалуй, это самый красноречивый ответ.

Ой, неудобно как вышло. Может, он старался полночи, был уверен, что я всю неделю под большим впечатлением, усугублял его своим игнорированием. А я его силы поставила под сомнения.

– Извините… – пожимаю плечами. – Мне жаль.

Язык чешется порасспрашивать – а вдруг это была лучшая ночь в моей жизни? Но глоток шампанского слегка унимает зуд.

Один бокал вряд ли поможет, но если еще один, возможно, мне даже удастся молча досидеть балет до конца. И только я поворачиваю голову в нужном мне направлении…

– Хочешь узнать, что было в ту ночь?

А вот это запрещенный прием – взять на крючок мое любопытство! Хочу, еще как хочу! Но… я же только нормально ходить начала…

Увидев Луку с Натали, которые направляются к нам, облегченно вздыхаю. Ну вот, это мое спасение, их присутствие остановит меня от непоправимой ошибки. Один раз не считается. А два – это уже сама напросилась.

Не станет же он при них снова выдвигать свое предложение? Мы все приличные люди. Все пришли на балет, а не что-то там.

– Зря мы пришли, – говорит Натали.

Старший Яров кивает.

– Здесь немного прохладно, – добавляет она.

Старший Яров снова кивает.

– Вот и идите отсюда, – ворчит он, потом, чуть подумав и поймав взгляд Луки, добавляет: – В ложу. Тебе нельзя простужаться.

На меня она смотреть опасается – знает, что за кляузу я с нее спрошу обязательно. Поэтому смотрит на Матвея Сергеевича.