— Что ж… ваши манеры ввели меня в заблуждение. И кольцо… Кстати, мое предложение остается в силе. На счет золотых побрякушек. Я щедр со своими любовницами. По крайней мере, еще ни одна не пожаловалась. А вы, баронесса, после этого бала о выгодной партии можете забыть, так что… берите, что дают. Пока дают.

— Я вам еще нужен, ваша милость, — напомнил о себе охранник в серебряном.

— Да, — Алета скучающим тоном обвела залу, — будьте свидетелем того, что меня оскорбили, я потребовала сатисфакции и граф… как вас там? Впрочем, неважно, вы ведь дворянин, а значит, вызов примете — так вот, Его Сиятельство вызов принял. Если вы найдете мне Марка Винкера… Хотя, он же не дворянин и не может быть секундантом.

— Я — дворянин, хоть и безземельный, — мягко заметил охранник, — шевалье Арже, к вашим услугам. И я имею право быть секундантом.

— Дуэль, — граф смотрел на них двоих как на говорящих кошек или вдруг взлетевших ящериц, — Вы спятили?

— Как вам будет угодно, — равнодушно дернула плечом Алета, — насколько я знакома с Кодексом, сумасшествие не является препятствием для дуэли. Выбирайте же оружие, Ваша Сиятельство.

— Оружие, — это слово до графа дошло, — но… кто будет драться за вас, баронесса? О простолюдина я свою шпагу марать не стану!

— Значит — шпага? Отлично. Нам осталось только уточнить время и место. Где принято решать подобные вопросы в Аверсуме?

— На Императорском мосту, на рассвете, — встрял охранник. Кажется, он получал от этой сцены несказанное удовольствие.

— На Императорском мосту, на рассвете, — повторила Алета, — я буду ждать вас, граф.

— Что значит — вы? — гвардеец сморщил лоб, — Вы собираетесь драться сами?

— Хвала Святым Древним, наконец-то дошло! Не прошло и года…

— Я не сражаюсь с женщинами, — граф осклабился, — если только речь не идет о любовном сражении.

— Назовите это как угодно, хоть свиданием, но извольте быть. И не опаздывайте, я не люблю ждать. А сейчас — извольте освободить меня от своего общества. Музыканты собираются играть эльс, я обещала его Императору, а он, кажется, вернулся.

Рамер Девятый и впрямь появился на своем месте. Вернее, рядом со своим местом, на возвышении. Но занимать его не спешил. Его темные глаза кого-то искали в толпе. Алета улыбнулась.

Сообразив, что Повелитель и впрямь направляется в сторону девушки, граф немедленно скрылся в толпе, проклиная свой длинный язык и приятелей, которые наплели ему о девушке невесть что.

И что стоило сдержаться? Теперь вот, вставай в такую рань. Хотя… можно и не ложиться. А прелестной Алете он завтра принесет свои извинения, подарит колечко и, кто знает… может быть с императорского моста они уйдут вместе.

Он не увидел, как Рамер Девятый подошел к Алете — придворные расступились, образовывая широкий коридор.