Но не ради вашего трона, чтоб он провалился до самого ада!

— А вот как раз твои мотивы, дорогая Алета, мне совершенно параллельны, — усмехнулся Рамер, — главное, что ты все таки сделаешь то, что мне нужно. А со своими внутренними демонами договаривайся сама. Ты — сильная девочка, справишься.

Он пошел прочь, двигаясь неслышно, в самом деле, как змей, но у самого выхода обернулся. Антрацитовые глаза были серьезны.

— Если почувствуешь, что они одолевают — зови. Помогу.

ДИПЛОМАТИЧЕСКИЕ ИГРЫ

День выдался не жарким. То ли лето уже потихоньку катилось на вторую половину, то ли боги оказались милостивы, то ли просто так совпало — но парадные темные мундиры, которые стали бы орудием пытки в любой другой день, сегодня просто доставляли легкое неудобство. Вполне терпимое.

Эшери, казалось, вообще чувствует себя как рыба в воде. Затянутый в идеально пригнанную форму, с новеньким шевроном, шлемом золотых волос и фирменным равнодушно-доброжелательным выражением красивого лица, он был великолепен.

Маркиз невольно вспомнил другого Эшери — Кота, в потертых штанах и рубахе, задубевшей от соленого пота, сапогах из грубой кожи, косынке, повязанной на пастуший манер и целым арсеналом ножей во всех мыслимых и немыслимых местах.

Кот был ему ближе, чем герцог Монтрез. Но Котов с Маркизами на такие мероприятия не пускали, тем более, в качестве главных действующих лиц. Пришлось соответствовать.

И, если у Кота превращение в лощеного аристократа прошло, как маслом смазали, то Маркиз в шкуре дипломата чувствовал себя как та же самая рыба, но уже на сковородке. Не подпрыгивал, пытаясь удрать, лишь потому, что был порядком оглушен — хвала Богам, что не выпотрошен.

Впрочем, и этот светлый миг был, кажется, не за горами.

— А почему мы-то? — тихонько спросил Маркиз.

Эшери, не меняя скучающего выражения лица, сверкнул светло-зелеными глазами:

— У Императора не было другого выхода. Те, кому он изначально планировал поручить эту миссию, внезапно оказались втянутыми в заговор.

— Ты в курсе, что такое "теологическая угроза"?

— Активизация радикальных течений в религии, — пожал плечами Маркиз, — вплоть до открытого террора под лозунгом: "Защитим нашу веру!"

— Молодец, — серьезно похвалил Эшери, — быстро вспомнил. А теперь, сделай мне личный подарок: выкинь из головы эту ерунду еще быстрее. Любое радикальное течение, независимо от лозунгов, это всего лишь грубый инструмент, который нужен только для одного — сеять бардак и хаос. Чтобы под его прикрытием умные и дальновидные люди могли спокойно делать свое дело.

— Если я правильно тебя понял, те, кто сеял бардак и хаос, сидят в Лонгери. А про тех, кто спокойно делает свое дело, мы пока ничего не знаем. И поэтому Его Величеству позарез нужны те, кому он точно может доверять.