Шац, покачиваясь и приваливаясь ко мне плечом, все-таки стянула с себя колготки и сунула их в карман куртки.

– Порядок, – выдохнула она.

Мы так и продолжили стоять, держась за руки, посреди пустого школьного двора.

– Может, тебя до дома проводить? – наконец спросил я.

– Это еще зачем? – сердито спросила Сима.

– Ну, а чего ты в меня вцепилась?

– Ой, прости!

Шац выпустила мою руку.

– Не надо никуда меня провожать. Сама дойду."

"Прихрамывая, Сима сделала несколько шагов и снова заойкала. А я не мог оторвать взгляд от того, как ветер вздымает юбку, пока Шац смущенно ее одергивает.

– Ну, хватит, – сказал я, отводя взгляд от стройных голых ног, покрытых мурашками. – Так ты далеко не уйдешь. Погоди.

Я полез в карман за телефоном, а Шац обернулась и стала внимательно следить за моими движениями.

– Это еще зачем? – спросила она.

– Вызову тебе такси, – ответил я.

– У меня нет денег на такси.

– Я заплачу.

– Вот еще! С чего бы?

– Что мне, на руках тебя тащить?

– Ага! Еще лучше! Да я тут недалеко живу…

– Ну, вот и иди.

Я стоял, нахмурившись, и смотрел, как Шац, осторожно переминаясь с ноги на ногу, медлит. И все-таки ей было больно идти.

– По-хорошему, надо бы сначала в травмпункт. Или в медкабинет.

– Все в порядке, – повторила Шац. Вот упертая, кошмар. – Мне просто нужно домой. Я не в первый раз ногу подворачиваю.

– Называй адрес, – снова уставился я в экран телефона. И добавил: – Вернешь деньги, как сможешь.

Шац вздохнула и устало продиктовала мне свой домашний адрес. Жила она и вправду не особо далеко, поэтому сумма за поездку вышла смехотворной.

Я все-таки помог ей дойти до такси, которое припарковалось у школьных ворот. Хотя Шац ворчала, чтоб я не жался, шел медленнее, затем быстрее. Ойкала, ахала, будто назло испытывала мое терпение. Так что усадив ее наконец на заднее сиденье, я испытал облегчение.

Захлопнул дверь и, пока такси не тронулось, уставился на Симу. Видок у меня в отражении был еще тот. Нахохленный, как воробей. Забавно. Если б я усаживал в такси Аксинью, то наверняка сиял бы от счастья. И вообще был готов на руках унести Белорецкую хоть на край света… Ни капли бы не устал. Хотя Аксинья выше на полголовы и фигуристее Симы. Только к чему их вообще сравнивать? Эти мысли мне не понравились.

Шац сначала опустила голову, чтобы не смотреть на меня. А потом вдруг взглянула в окно, смущенно улыбнулась и по-детски помахала рукой. Для меня это стало полной неожиданностью. Я ни разу не видел, как Сима улыбается. Это было… мило? Я растерянно взмахнул рукой в ответ, и в эту секунду такси тронулось с места. Машина уже отъехала, а у меня перед глазами до сих пор стояло улыбающееся лицо Симы. Странно, я и не думал, что она способна на положительные эмоции. Решил, что только ворчать умеет.