Через несколько минут из храма вышли граф и графиня Бьяри, и отправились, в сопровождении королевской семьи, к пристани — предстояло катание на лодках по реке, с музыкой, разумеется.

Вообще, этот день был заполнен до отказа. После катания на лодках король принимал иностранных послов, потом представителей гильдий — с просьбами и подарками, на этот раз не символическими. Эдин и тут должен был присутствовать, и он вертелся как на иголках — хотелось успеть на бракосочетание Милды, хотя бы в роли короля-шута.

Его, конечно, ждали. Венчание Милды и Якоба должно было получиться скромным, но на него неожиданно собралось гораздо больше любопытных, чем на предыдущую церемонию.

Хотя, почему неожиданно? В свадьбе графа и графской дочери нет ничего удивительного, здесь же изначально все было гораздо интересней.

Короля с королевой не было, Милда и Якоб должны будут вкусить обещанные королевские милости лишь назавтра, на полднике у королевы. Из циркачей тоже никого не было — не пристало им быть гостями в королевском замке, даже на свадьбе циркачки и … тоже, в общем, циркача. Потому как Якоб провел в цирке почти восемь лет и снискал себе славу циркового фехтовальщика по всей Кандрии — какой же он после этого не циркач?

У входа в Храм стоял маркграф, а рядом с ним, чего Эдин не ждал — лорд Рангар, бледный и хмурый, он двигался немного неловко и видно было, что у него под костюмом повязки.

Брат Милды. Мог бы не приходить, но пришел.

Якоб был одет с иголочки и ничем не уступал в этом никому из вельмож, Милда и вовсе казалась красивой необычайно. И еще смущенной и бледной — это тоже понятно. Так и не успокоилась?..

После отцовского благословения сразу настала очередь Эдина.

Он вложил в руку Якоба заранее подготовленные золотые соллены и негромко сказал:

— Если обидишь эту девушку, имей в виду: я знаю человека, который обещал выворачивать наизнанку ее обидчиков…

И сквозь зубы добавил совсем тихо:

— … к тому же через задницу.

Якоб уставился на него изумленно, Милда, низко опустив голову, подавилась смехом. Ее Эдин просто притянул к себе и поцеловал в щеку:

Принято, не принято так делать — плевать. Это его сестра. Судя по тому, как одобрительно шушукались все вокруг, ничего непотребного он не совершил.

К сожалению, нельзя было остаться дольше, короля-шута ожидали дальнейшие дурацкие церемониальные обязанности, в основном: присутствовать, хлопая глазами, иногда что-нибудь говорить, иногда делать какую-нибудь ерунду.

А свадьбу Милды и Якоба решено было справлять в городе, в том самом доме, в котором Милда два дня провела пленницей лорда Рангара. Эдин рассчитывал хотя бы к вечеру, после королевского ужина, который станет одновременно и свадебным пиром для графа и графини Бьяри, вырваться ненадолго и на Милдину свадьбу.