А вслед раздавался довольный смех Стейнара. Затем темная тень дракона проводила меня до душевой, где я прямо в форме залезла под воду и долго стояла под остывшими за ночь струями, боясь пошевелиться, чтобы не вызвать чувственного болезненного голода.

Боги, ну за что вы меня так наказываете, а?

В палатку я шла в мокрой одежде, дополнительно охлаждаясь свежим утренним ветерком. Специально не стала сушиться при помощи магии, потому что мне очень-очень нужно было остыть. Хотя бы для того, чтобы очухаться от тумана в голове.

Хлюпая мокрыми ботинками, я подошла к койке и скрючилась, пережидая очередной приступ мелкой чувственной дрожи.

«Гад! Ну какой же он гад! А я кремень! Я кремень! Я кремень!» – то ругалась, то уговаривала себя мысленно.

– Ты хотела утопиться? – раздался насмешливый тихий голосок Ринис, который малость привел меня в чувство.

Усилием воли я разогнулась и высушила форму и ботинки, потом очень осторожно, чтобы лишний раз не касаться зудевшей кожи, разделась до нижней рубахи. На кровать садилась, словно на муравейник, но все равно не сдержалась и застонала от отчаяния.

«Ну когда же это закончится?» – завопила про себя.

– Ого, как тебя разбирает-то, – удивленно выдохнула Ринис. – Ты сейчас с нашим капраном встречалась? Я права?

– Уверена, эта сбрендившая ящерица-переросток на мне чары обольщения пробовал! – прорычала я глухо. – Наверняка отомстил… за что-нибудь. О, точно, за бубенчики свои! Садюга!

– Какие еще бубенчики? – встрепенулась Ринис.

Я легла и свернулась калачиком, так меня потряхивало от желания пойти найти дракона и… что-нибудь ему сделать.

И хотя тело требовало одного, мозг взывал к мести. Но я креме-ень!

– А, не бери в голову! – решила я не распространяться о драке в школе. А то еще и Лисан может пострадать нечаянно, если кто узнает.

Предрассветная серость отступала, светлело, и скоро подъем и опять придется встретиться со Стейнаром… Я проскрежетала зубами.

Ринис встала и, прошлепав босиком по дощатому полу, присела ко мне на кровать, наклонилась к лицу и тихо, но требовательно спросила:

– Значит, ты сейчас встретилась со Стейнаром, и тебя из-за него так пробирает? Что аж кровать ходуном ходит?

– Да! – всхлипнула я от отчаяния, стыда и гнева.

 – Придумал очередную пакость, гад! А сам про брачные узы что-то говорил…

Перед мысленным взором, вне зависимости от моего желания, появился образ Стейнара. И почему-то голого! Опять скрючившись от дрожи, застонала и пробормотала:

– Я кремень! Я кремень! Я кремень!

– Н-да-а… – протянула Ринис. – Прав Кайрис, как у вас все запущено!

– Идите вы… вместе с Кайрисом! – прошипела я.