Стараясь не привлекать к себе внимания и не шуметь.

Тварь уже была далеко впереди, пытаясь отыскать источник внезапного шума. А до проулка оставалась всего пара шагов, как вдруг из него вынырнули два мрачных силуэта. Я встал, как вкопанный. Рука метнулась к эфесу меча.

Судя по поблёскивавшим в лунном свете капеллинам, эти двое были бойцами, а не загулявшими допоздна кметами. Один из них сжимал в руках готентаг — длинную дубину с шипом на конце. Второй же вооружен был биллхуком — чем-то средним между копьём и боевой косой. На котте у одного из них красовалась оскалившаяся голова волка.

Оголовье готентага с грохотом скользнуло по шлему и соскользнуло на наплечник. Перед глазами заплясали яркие цветные пятна, а в голове появился неприятный шум. Я инстинктивно отшатнулся назад. Очень вовремя, ведь в следующую секунду прямо перед моим лицом просвистело лезвие биллхука. Дерьмо. У этих подонков явное преимущество на длинной дистанции.

Я сплюнул и отступил ещё на шаг, оценивая обстановку. Враги не спешили. Они, гнусно ухмыляясь, обходили меня с двух сторон. Один из них явно собирался меня отвлечь, а второй — напасть со спины.

Хреново. Гамбезон не защитит меня ни от шипа готтентага, ни от кривого лезвия биллхука. Но отступать нельзя. Хер его знает, где сейчас тварь. Может, ушла, а может — сидит наблюдает. Нельзя выходить к своим, даже если есть малейший риск притащить её на хвосте. Значит придётся драться.

Боец с готтентагом шагнул вперёд, занося свою дубину над головой. Вот он мой шанс. Рывок. Свободная рука несётся ублюдку прямо в челюсть, клинок остриём нацелился в пузо. Удар. Враг пошатнулся. Пошатнулся, но не упал.

В последний момент он успел сделать шаг вперёд, и тяжелая латная перчатка лишь мазнула его по скуле, оставив на ней глубокую ссадину. Лезвие клинка пробило ткань котты и высекая искры соскользнуло по скрывавшимся под ней кольцам кольчуги. Руки с дубиной начали медленно, но неотвратимо опускаться вниз.

Я пригнулся и шагнул вперёд. Резкий разворот. Рука хватает охреневшего от такого поворота событий бандита за шиворот котты. Вторая приставляет лезвие клинка к горлу. Миг. Клинок впивается в податливую плоть. Должен был впиться. Но на деле — скрежещет о металл горжета, соскальзывая вниз.

Дерьмо. Нацепили на себя железяк.

Враг начинает поворачиваться. Второй, с биллхуком тоже совсем рядом. Один взмах и… Рука крепче сжимает воротник котты. Удар плечом. Бок простреливает неприятная, но терпимая боль. Боец с дубиной, так и не успев развернуться теряет равновесие и летит прямо на своего товарища, а я тут же срываюсь на бег. Несколько секунд у меня есть. Несколько секунд, пока они будут приходить в себя и пытаться понять, что произошло.